Течение коморбидной патологии при ожирении у детей. Павловская Е.В., Строкова Т.В., Таран Н.Н. и соавт.

Течение коморбидной патологии при ожирении у детей

УДК 616-056.52 

DOI: 10.64831/2619-0001.2022.1.172431

Е.В. Павловская¹, д.м.н., Т.В. Строкова¹, ², д.м.н., профессор РАН, Н.Н. Таран¹, ², к.м.н., А.И. Зубович¹, к.м.н. 

¹ ФГБУН «Федеральный исследовательский центр питания, биотехнологии и безопасности пищи», г. Москва, Россия 
² ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения РФ, г. Москва, Россия 

РЕЗЮМЕ. С целью изучения динамики нутритивного статуса и коморбидной патологии было проведено наблюдение 275 детей с ожирением длительностью от 3 месяцев до 8 лет, медиана — 12 (9; 30) месяцев. Выполнена оценка антропометрических показателей, состава тела методом биоимпедансометрии, осуществлен скрининг для выявления неалкогольной жировой болезни печени (НАЖБП), артериальной гипертензии (АГ) и метаболического синдрома (МС). Снижение SDS индекса массы тела (ИМТ) в катамнезе отмечено у 66,2% пациентов, стабилизация — у 13,1%, повышение — у 20%. Сокращение частоты НАЖБП, АГ и МС выявлено на фоне уменьшения SDS ИМТ (p < 0,001). При этом у детей со стабилизацией данного показателя также отмечалось снижение частоты АГ (p < 0,01). Повышение SDS ИМТ в процессе наблюдения не сопровождалось ростом частоты коморбидной патологии, а повышение антропометрических показателей в динамике происходило преимущественно за счет безжировых компонентов. При этом доля жировой массы и процент превышения индивидуальной нормы были стабильными.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: ДЕТИ, ОЖИРЕНИЕ, НЕАЛКОГОЛЬНАЯ ЖИРОВАЯ БОЛЕЗНЬ ПЕЧЕНИ, МЕТАБОЛИЧЕСКИЙ СИНДРОМ, АРТЕРИАЛЬНАЯ ГИПЕРТЕНЗИЯ, СОСТАВ ТЕЛА, КОМОРБИДНАЯ ПАТОЛОГИЯ, КАТАМНЕЗ

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ: Павловская Е.В., Строкова Т.В., Таран Н.Н., Зубович А.И. Течение коморбидной патологии при ожирении у детей. Медицинский оппонент. 2022; 1 (17): 24–31.

UDC 616-056.52

The Course of Comorbid Pathology in Obesity in Children

E.V. Pavlovskaya¹, T.V. Strokova¹, ², N.N. Taran¹, ², A.I. Zubovich¹

¹ Federal Research Centre of Nutrition, Biotechnology and Food Safety, Moscow, Russia
² Pirogov Russian National Research Medical University of Ministry of Health of the Russian Federation, Moscow, Russia

SUMMARY. To study the dynamics of nutritional status and comorbid pathology, 275 obese children were followed up for 3 months to 8 years, median 12 (9; 30) months. We assessed anthropometric parameters, body composition by bioimpedansometry, and screened for nonalcoholic fatty liver disease (NAFLD), arterial hypertension (AH), and metabolic syndrome (MS). A decrease in SDS body mass index (BMI) in follow-up was observed in 66.2% of patients, stabilization — in 13.1%, and an increase — in 20%. Reduced incidence of NAFLD, AH, and MI was detected against the background of decreased SDS BMI (p < 0,001). At the same time, children with a stabilization of this index also had a decrease in the frequency of AH (p < 0,01). An increase in SDS BMI during follow-up was not accompanied by an increase in the incidence of comorbid pathology, and the increase in anthropometric indices in the dynamics was mainly due to fat-free components. At the same time, the proportion of fat mass and the percentage exceeding the individual norm were stable.

KEYWORDS: CHILDREN, OBESITY, NONALCOHOLIC FATTY LIVER DISEASE, METABOLIC SYNDROME, ARTERIAL HYPERTENSION, BODY COMPOSITION, COMORBID PATHOLOGY, FOLLOW-UP

FOR CITATION: Pavlovskaya E.V., Strokova T.V., Taran N.N., Zubovich A.I. The course of comorbid pathology in obesity in children. Meditsinskiy opponent = Medical Opponent. 2022; 1 (17): 24–31.

Введение

Ожирение во взрослой и детской популяции характеризуется эпидемическим ростом во всем мире. Распространенность этого заболевания у детей увеличилась с 4 (1975) до 18% (2016) [1]. В Российской Федерации избыточная масса тела диагностируется у 19,9%, ожирение — у 5,7% детей [2]. Пандемия COVID-19, по предварительным данным, усугубила данную проблему в связи со снижением двигательной активности, нездоровыми стереотипами питания и высоким уровнем стресса [3].

Наряду с высокой распространенностью заболевания актуальность вопроса ожирения в детском возрасте определяется недостатком терапевтических методов, эффективных в долгосрочной перспективе. Ключевым фактором негативного влияния данной проблемы на состояние здоровья является развитие коморбидной патологии с поражением большинства органов и систем организма, прогрессирующей в течение жизни и определяющей высокие показатели неинфекционной заболеваемости и смертности у взрослых.

Ожирение служит метаболическим фундаментом большинства хронических неинфекционных болезней в трудоспособном возрасте, включая сахарный диабет 2-го типа, сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ) и некоторые виды злокачественных новообразований. Это повышает частоту преждевременной смертности. Около 30% подростков с ожирением имеют по меньшей мере один фактор риска ССЗ, 10% — три и более, включая дислипидемию, артериальную гипертензию и инсулинорезистентность (ИР). Стартовым моментом развития хронических неинфекционных заболеваний может считаться формирование коморбидной патологии. Неалкогольная жировая болезнь печени, АГ и метаболический синдром у детей и подростков в дальнейшем реализуются в виде хронической патологии взрослых.

Развитие НАЖБП тесно связано с наличием ожирения. Ее частота у подростков с этим заболеванием составляет как минимум 38% (по данным аутопсии) и до 80% (по результатам эпидемиологических исследований) [4, 5]. Накопление жира в печени является отражением увеличения количества висцерального жира. Более чем у половины подростков с НАЖБП выявляется атерогенный паттерн комбинированной дислипидемии [6], у пациентов в возрасте до 18 лет НАЖБП ассоциирована с наличием атеросклероза [7]. Также НАЖБП можно рассматривать как печеночную манифестацию МС, хотя этот вопрос продолжает обсуждаться.

Повышение артериального давления (АД) является частым поводом обращения к врачу детей с ожирением. АГ — один из наиболее распространенных компонентов МС, особенно в подростковом возрасте. Ее патогенез связан с инсулинорезистентностью и нарушением обмена углеводов и жиров. В исследовании M. Wojcik (2015) показано, что у подростков с морбидным ожирением частота выявления АГ на основании офисного измерения АД составляет 36,2%, на основании суточного мониторинга АД — 33,8% [8].

Наличие МС в возрасте 12 лет оказалось независимым предиктором наличия ССЗ у взрослых 25 лет спустя. Наблюдение за детьми с МС в течение нескольких десятилетий (1970–2000-е) показало, что данный синдром повышает риск диабета 2-го типа через 14–31 год, ОШ = 2,3–11,5 [9, 10].

Формирование МС при ожирении связано со множеством факторов, включая образ жизни, перинатальное программирование, генетические и эпигенетические механизмы. Однако взаимное влияние данных факторов и условия их реализации продолжают изучаться. Анализ ряда кросс-секционных исследований, выполненных в рамках исследования NHANES (1988–1994), показал, что МС встречается у 28,7% подростков с ожирением по сравнению с 0,1% у детей с индексом массы тела меньше 85-го перцентиля. По мере увеличения возраста и степени ожирения частота МС повышается, достигая 49,7% при тяжелой степени заболевания (средний ИМТ — 40,6 кг/м²) [11, 12].

Несмотря на то что в настоящее время для диагностики МС у детей используются критерии Международной федерации диабета (IDF), включающие абдоминальное ожирение, гипертриглицеридемию, снижение липопротеинов высокой плотности (ЛПВП), гипергликемию натощак и АГ [13], перечень предлагаемых дополнительных компонентов МС продолжает расширяться. К ним относятся НАЖБП, стеатоз поджелудочной железы, гиперурикемия, повышение липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), гиперхолестеринемия и др. Гиперинсулинемия и инсулинорезистентность, которые также рассматриваются рядом авторов как критерии МС, на наш взгляд, не могут быть использованы для диагностики данного симптомокомплекса в связи с наличием физиологической ИР у подростков [14].

Основной лечения коморбидной патологии у детей с ожирением является снижение массы тела. У взрослых при данном заболевании широко применяются медикаментозные и хирургические методы, обладающие доказанной эффективностью. У детей с ожирением медикаментозная терапия ограничена орлистатом и лираглутидом. Вопрос о проведении бариатрической операции может обсуждаться в случае тяжелых форм ожирения у подростков при неэффективности консервативной терапии и совпадающиеся рисками для здоровья [15]. Единственным общепринятым методом лечения этого заболевания у детей остается изменение образа жизни. Способ включает коррекцию питания и повышение физической активности.

Наряду со снижением массы тела, происходящим в ходе начального этапа лечения ожирения, не менее важной терапевтической задачей является сохранение достигнутого результата в отдаленной перспективе. В связи с необходимостью длительного соблюдения рекомендаций по коррекции образа жизни эффективность терапии этого заболевания напрямую зависит от стойкости мотивации в семье и приверженности пациентов лечению.

Цель исследования — изучить динамику (которая сегодня исследована) нутритивного статуса и коморбидной патологии у детей с ожирением при длительном наблюдении.

Пациенты и методы

В исследование было включено 275 пациентов с ожирением в возрасте 5–17 лет, наблюдавшихся в отделении педиатрической гастроэнтерологии, гепатологии и диетотерапии клиники ФИЦ питания, биотехнологии и безопасности пищи. Исходный возраст детей составил 12 (10; 14) лет, доля девочек — 62,5% (n = 172). Медиана SDS индекса массы тела в начале наблюдения — 3,05 (2,60; 3,66). Критерии включения: ожирение (SDS ИМТ ≥ +2,0), наличие информированного согласия пациентов и/или их законных представителей. Критерии невключения: генетически обусловленное ожирение, сахарный диабет 1-го типа, отказ пациентов и/или родителей от обследования.

В обследование детей входили антропометрия и оценка компонентного состава тела, а также диагностика коморбидной патологии (НАЖБП, АГ и МС) в динамике. Антропометрическое исследование включало определение массы тела, роста, ИМТ, SDS ИМТ, окружности талии (ОТ) и бедер (ОБ). Для расчета SDS ИМТ использовалось программное средство ВОЗ Anthro Plus (для детей 5–19 лет), которое позволяет оценивать антропометрические показатели в соответствии с действующими нормами.

Исследование состава тела проводилось методом биоимпедансометрии на стационарном анализаторе состава тела InBody 520 (Biospace Co.Ltd., Корея) в утренние часы, после периода 12-часового голодания. Определялось абсолютное и относительное количество жировой массы (ЖМ), тощей массы (ТМ), массы скелетной мускулатуры (МСМ), общей воды организма (ОВО). Полученные результаты измерений сравнивали с индивидуальными нормативами, разработанными с учетом возраста и пола пациентов.

НАЖБП диагностировали при наличии характерных ультразвуковых изменений (гепатомегалии, гиперэхогенности и неоднородности паренхимы печени, периферического ослабления ультразвукового сигнала) и отсутствии других причин стеатоза (вирусных, наследственных, метаболических заболеваний печени) [16].

Диагноз «артериальная гипертензия» выставляли детям в соответствии с отечественными рекомендациями (2020), разработанными Российским медицинским обществом по артериальной гипертонии и Ассоциацией детских кардиологов России [17].

Метаболический синдром у пациентов в возрасте 10 лет и старше диагностировали согласно действующим критериям, утвержденным IDF в 2007 году.

Лечение ожирения у детей включало два этапа: стационарный и амбулаторный. На первом (стационарном) пациентам проводили комплексную диагностику и назначали низкокалорийную диету с редукцией квоты жиров и углеводов в зависимости от возраста. На основании результатов обследования детям составляли индивидуальный нормокалорийный рацион, придерживаться которого рекомендовали в домашних условиях. На втором этапе лечения, в амбулаторных условиях, пациенты выполняли рекомендации по питанию и физической активности.

Катамнестическое обследование детей проведено в условиях поликлиники и стационара в сроки от 3 месяцев до 8 лет после выписки. Медиана длительности наблюдения — 12 (9; 30) месяцев. Эффективность лечения у детей в процессе катамнестического обследования оценивали по динамике SDS ИМТ. Как известно, этот коэффициент учитывает возрастные изменения нормативных значений физического развития. Динамику данного показателя в катамнезе в пределах ±0,1 от достигнутого после стационарного этапа лечения расценивали как стабилизацию заболевания, снижение более чем на 0,1 — как улучшение, повышение более чем на 0,1 — как ухудшение. В исследуемой группе уменьшение SDS ИМТ в катамнезе отмечено у 182 (66,2%) пациентов, стабилизация — у 36 (13,1%), дальнейшее повышение SDS ИМТ — у 57 (20%) детей.

Статистическая обработка результатов исследования выполнена с помощью программ Statistica 10 (StatSoft Inc., США) и Microsoft Office Excel for Windows. Качественные признаки описаны с помощью абсолютных и относительных показателей. Проверка нормальности распределения количественных признаков производилась с применением критерия Колмогорова — Смирнова. Большинство количественных признаков имели распределение, отличное от нормального, в связи с чем они представлены в виде медианы (Ме), 1-й и 3-й квартилей (Q1 и Q3). Для оценки статистической значимости различий количественных показателей до и после лечения использован критерий Вилкоксона. Уровень статистической значимости был принят как достаточный при р < 0,05.

Результаты исследования и их обсуждение

В начале наблюдения у 58 (21,1%) детей было ожирение 1-й степени, у 71 (25,8%) — 2-й, у 103 (37,4%) — 3-й. У оставшихся 43 (15,7%) пациентов выявили морбидное ожирение.

Динамика антропометрических показателей при наблюдении в катамнезе представлена в табл. 1.

При анализе изменений антропометрических показателей в динамике выявлено статистически значимое увеличение абсолютных значений роста и массы тела, в значительной степени связанное с возрастной динамикой физического развития. Абсолютное значение ИМТ в процессе наблюдения не изменилось. Вместе с тем показатель SDS ИМТ, при расчете которого учитывается возраст пациентов, значимо снизился. Это свидетельствует о положительной динамике заболевания в наблюдаемой группе. Нормативы для ОТ увеличиваются с возрастом, поэтому сохранение стабильной медианы данного показателя также является признаком эффективности лечения ожирения.

Таблица 1. Динамика антропометрических показателей у обследованных детей в катамнезе, Ме (Q1; Q3)
Table 1. Dynamics of anthropometric parameters in the examined children in the follow-up period, Me (Q1; Q3)

• р < 0,05.

На амбулаторном этапе у детей с ожирением статистически значимо снизилась частота выявления коморбидной патологии. Одно и более из трех основных коморбидных ожирению заболеваний (НАЖБП, АГ, МС) в начале периода наблюдения в группе катамнеза диагностированы у 187 (68,0%) пациентов, в катамнезе — у 135 (49,7%), р < 0,001. Динамика структуры коморбидной патологии у наблюдаемых детей в катамнезе представлена на рис. 1.

Динамика показателей состава тела в катамнезе отражена в табл. 2. Исследуемые параметры, полученные при катамнестическом наблюдении, сравнивали с исходными значениями, зафиксированными при первичном обследовании детей.

Абсолютное количество ЖМ в начале и в конце периода наблюдения не имело статистически значимых различий. При этом процентная доля ЖМ в составе тела и процент превышения индивидуальной нормы ЖМ в катамнезе значимо снижались. Значения ТМ, МСМ и ОВО в катамнезе повышались параллельно увеличению индивидуальных норм с возрастом пациентов.

Исход заболевания у детей в процессе катамнестического наблюдения оценивали по динамике SDS ИМТ, при расчете которого учитывают возраст и пол. В зависимости от исхода, среди наблюдаемых пациентов выделено три группы: 1-я (n = 182) — со снижением SDS ИМТ, 2-я (n = 36) — со стабилизацией SDS ИМТ, 3-я (n = 57) — с повышением SDS ИМТ в катамнезе. Частота выявления различных исходов заболевания не зависела от возраста и пола детей, степени ожирения, длительности первичной госпитализации и количества курсов повторного стационарного лечения в процессе динамического наблюдения.

Примечание: все различия статистически значимы, р < 0,01.
Note: all differences are statistically significant, р < 0,01.

Таблица 2. Динамика показателей состава тела в катамнезе у детей с избыточной массой тела и ожирением, Ме (Q1; Q3)
Table 2. Dynamics of body composition indices in follow-up of children with overweight and obesity, Me (Q1; Q3)

Динамика антропометрических показателей у пациентов с избыточной массой тела и ожирением в зависимости от исхода заболевания суммирована в табл. 3.

При оценке динамики антропометрических показателей у детей в наблюдаемых группах необходимо принимать во внимание продолжающееся увеличение возрастных норм физического развития в процессе наблюдения. Так, рост пациентов в динамике значимо увеличился во всех исследуемых группах, МТ повысилась в группах стабилизации и увеличения SDS ИМТ, оставаясь стабильной в 1-й группе. Абсолютное значение ИМТ значимо снизилось в 1-й группе и увеличилось в 2-й и 3-й. Показатель ОТ уменьшился в 1-й группе и повысился в 3-й. В то время как значение ОБ статистически значимо увеличилось на фоне стабилизации и повышения SDS ИМТ, оставаясь стабильным в 1-й группе.

Динамика частоты выявления коморбидной патологии зависела от исхода заболевания к моменту окончания периода катамнестического наблюдения. Среди детей со снижением SDS ИМТ одно и более из коморбидных заболеваний исходно диагностировано у 134 (73,6%) пациентов, в катамнезе — у 82 (45,1%), р < 0,001. В группе стабилизации SDS ИМТ частота НАЖБП (и/или АГ, и/или МС) уменьшалась с 55,5 (20) до 52,8% (19) детей, р = 0,8. В группе прогрессирующего ожирения коморбидная патология исходно выявлена у 33 (57,9%) пациентов, в катамнезе — у 34 (59,6%), p = 0,8. Структура коморбидной патологии на амбулаторном этапе наблюдения в зависимости от исхода заболевания представлена на рис. 2–4.

На фоне снижения SDS ИМТ у детей с ожирением статистически значимо уменьшилась частота выявления НАЖБП, АГ и МС (рис. 2). У пациентов с сохранением стабильных значений SDS ИМТ выявлено статистически значимое уменьшение частоты АГ, в то время как частота НАЖБП и МС оставалась без изменений (рис. 3). У детей с увеличением SDS ИМТ в катамнезе (рис. 4), несмотря на прогрессирование ожирения, не наблюдалось повышения частоты коморбидной патологии. Выявленная тенденция к снижению частоты АГ не обладала статистической значимостью.

Таблица 3. Динамика антропометрических показателей у детей с различным исходом заболевания, Me (Q1; Q3)
Table 3. Dynamics of anthropometric parameters in children with different disease outcomes, Me (Q1; Q3)

• p < 0,05 (внутри групп).

• p < 0,05 (within groups).

Примечание: различия не обладают статистической значимостью.
Note: the differences are not statistically significant.

Динамика значений состава тела у детей в зависимости от исхода заболевания представлена в табл. 4. Показатели ТМ и ОВО статистически значимо повысились в катамнезе во всех трех группах. Абсолютное количество ЖМ уменьшилось на фоне снижения SDS ИМТ. В 2-й и 3-й группах медиана ЖМ в катамнезе выросла. Вместе с тем относительные показатели ЖМ (процентная доля в составе тела и процент превышения индивидуальной нормы) снизились в 1-й группе, а в группах стабилизации и дальнейшего повышения SDS ИМТ они достоверно не изменились. Это свидетельствует о том, что повышение МТ в катамнезе в группах детей со стабилизацией и прогрессированием ожирения произошло преимущественно за счет безжировых компонентов. Увеличение МСМ в катамнезе наблюдалось как в 1-й, так и в 3-й группе. Причем у детей с повышением SDS ИМТ увеличение мышечной массы было более существенным.

Проведенное нами исследование показало, что оценка течения ожирения по динамике показателя SDS ИМТ является более целесообразной, чем использование абсолютных антропометрических значений массы тела и ИМТ. Более чем у половины пациентов отмечен благоприятный исход заболевания в виде снижения показателей ожирения. У остальных детей положительная динамика отсутствовала. Не выявлено зависимости того или иного исхода заболевания от возраста и пола, степени ожирения, длительности наблюдения.

Таблица 4. Динамика показателей состава тела в катамнезе у детей с различным исходом заболевания, Me (Q1; Q3)
Table 4. Dynamics of body composition in follow-up in children with different disease outcomes, Me (Q1; Q3)

Статистически значимое уменьшение частоты основной коморбидной патологии (НАЖБП, АГ и МС) в катамнезе отмечено как в общей выборке детей с ожирением, так и в группе пациентов со снижением SDS ИМТ. На фоне стабилизации SDS ИМТ показано значимое уменьшение частоты АГ. В группе прогрессирования заболевания частота коморбидной патологии оставалась стабильной.

Изучение показателей состава тела в катамнезе у детей с ожирением позволило выявить стабилизацию ЖМ на фоне повышения безжировых компонентов в общей группе. При сравнительной оценке динамики состава тела у пациентов с различным исходом заболевания в катамнезе показано, что, несмотря на увеличение абсолютного количества ЖМ при стабилизации и прогрессировании ожирения, относительные показатели (процентная доля ЖМ и превышение индивидуальной нормы) статистически значимо не изменялись. При этом безжировые компоненты состава тела значимо повысились во всех группах. Отсутствие отрицательной динамики коморбидной патологии при прогрессировании заболевания у наблюдаемых может быть обусловлено сохранением стабильного уровня жировой массы тела и поддержанием активного метаболизма на фоне увеличения мышечной массы.

В большинстве современных исследований, посвященных отдаленному эффекту лечения детского ожирения, в качестве конечной точки используются антропометрические показатели: ИМТ и SDS ИМТ. Данные о динамике состава тела, биохимических показателей, частоты коморбидной патологии в процессе долговременного наблюдения детей и подростков с данным заболеванием представлены в единичных и работах.

В исследовании Е. Verduci и соавторов (2015) оценивалось влияние комплексного вмешательства, включающего нормокалорийную диету и физическую активность протяженностью один год, на ИМТ, липидный профиль сыворотки, показатели метаболизма глюкозы и критерии МС у 85 пациентов с ожирением в возрасте старше 6 лет. К концу периода наблюдения показано снижение SDS ИМТ (М, 95% доверительный интервал; 0,58 (0,66; 0,50)), ТГ (0,35 (0,45; 0,25) ммоль/л) и повышение ХС ЛПВП (0,06 (0,01; 0,11) ммоль/л). Частота ИР уменьшилась с 51,8 до 36,5%, а частота МС — с 17,1 до 4,9% [18].

В исследовании С.Ј. Рugh и соавторов (2016) подчеркивается роль поддержания стабильной массы тела и достаточных показателей кардиореспираторного фитнеса в лечении НАЖБП у взрослых пациентов с ожирением [19].

Таким образом, при динамическом наблюдении пациентов с ожирением целесообразно оценивать динамику нутритивного статуса с использованием показателя SDS ИМТ, учитывающего изменение возраста ребенка, вместо оценки абсолютных значений массы тела и ИМТ.

Выводы

При катамнестическом наблюдении детей с ожирением на фоне выполнения рекомендаций по питанию и физической активности длительностью до 8 лет показано, что благоприятный исход заболевания в виде снижения SDS ИМТ сохраняется более чем у половины пациентов. Уменьшение частоты НАЖБП, АГ и МС в катамнезе выявлено у наблюдаемых со снижением SDS ИМТ. При этом у детей со стабилизацией данного показателя также фиксировалось уменьшение частоты АГ. «Неблагоприятный» исход ожирения в катамнезе, диагностированный на основании увеличения SDS ИМТ, не сопровождался повышением частоты коморбидной патологии. Оценка состава тела в этой группе детей показала, что возрастание массы тела в динамике происходит преимущественно за счет безжировых компонентов, тогда как относительные показатели жировой массы остаются стабильными.

Таким образом, при динамическом наблюдении пациентов с ожирением целесообразно оценивать динамику нутритивного статуса с использованием показателя SDS ИМТ, учитывающего изменение возраста ребенка, вместо оценки абсолютных значений массы тела и ИМТ. Всем детям с данным заболеванием необходимо ежегодно измерять артериальное давление, уровень глюкозы, холестерина ЛПВП и триглицеридов, выполнять УЗИ органов брюшной полости. Это важно для выявления наиболее частой коморбидной патологии. Выполнение рекомендаций по коррекции образа жизни обладает протективным эффектом в отношении увеличения жировой массы тела и усугубления коморбидного заболевания.

Литература/References

1. Избыточный вес и ожирение. Информационный бюллетень ВОЗ от 16 февраля 2018 г. [Электронный ресурс]. URL: https://www.who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/obesity-and-overweight. [Overweight and obesity. WHO Fact Sheet dated February 16, 2018. [Electronic resource]. URL: https://www.who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/obesity-and-overweight. (In Russ.)].

2. Тутельян В.А., Батурин А.К., Конь И.Я и др. Распространенность ожирения и избыточной массы тела среди детского населения [Tutelyan V.A., Baturin A.K., Kon I.Ya. et al. Prevalence of obesity and excessive body weight among the pediatric population of the Russian Federation: a multicenter study. Pediatrics. 2014; 5: 28–31. (In Russ.)].

3. Editorial. Childhood obesity beyond COVID-19. The Lancet Public Health. 2021; 6 (8): e534.

4. Berardis S., Sokal E. Pediatric non-alcoholic fatty liver disease: an increasing public health problem. Eur. J. Pediatr. 2014; 173: 131–139.

5. Molleston J.P., Schwimmer J.B., Yates K.P. et al. Histological abnormalities in children with nonalcoholic fatty liver disease and normal or mildly elevated alanine aminotransferase levels. J. Pediatr. 2014; 164 (4): 707–713 e3.

6. Pacifico L., DiMartino M., DeMerulis A. et al. Left ventricular dysfunction in obese children and adolescents with nonalcoholic fatty liver disease. Hepatology. 2014; 59 (2): 461–470.

7. Than N.N., Newsome P.N. A concise review of non-alcoholic fatty liver disease. Atherosclerosis. 2015; 239 (1): 192–202.

8. Wojcik M., Malek J., Janus D. et al. The association between metabolic complications and arterial hypertension in obese adolescents. Neuro. Endocrinol. Lett. 2015; 36 (6): 583–588.

9. Morrison J.A., Friedman L.A., Wang P. et al. Metabolic syndrome in childhood predicts adult metabolic syndrome and type 2 diabetes mellitus 25 to 30 years later. J. Pediatr. 2008; 152: 201–206.

10. Magnussen C.G., Koskinen J., Chen W. et al. Pediatric metabolic syndrome predicts adulthood metabolic syndrome, subclinical abnormalities, and type 2 diabetes mellitus but is no better than body mass index alone: The Bogalusa heart study and the cardiovascular risk in young finns study. Circulation. 2010; 122: 1604–1611.

11. De Ferranti S.D., Gauvreau K., Ludwig D.S. et al. Prevalence of the metabolic syndrome in American adolescents: findings from the third national health and nutrition survey. Circulation. 2004; 110: 2494–2497.

12. Morrison J.A., Friedman L.A., Gray-McGuire C. Metabolic syndrome in childhood predicts adult cardiovascular disease 25 years later: the Princeton lipid research clinics follow-up study. Pediatrics. 2007; 120: 340–345.

13. Zimmet P., Alberti K.G., Kaufman F. et al. The metabolic syndrome in children and adolescents — an IDF consensus report. Pediatr. Diabetes. 2007; 8 (5): 299–306.

14. Павловская Е.В. Коморбидная патология при ожирении у детей: клинико-метаболическая характеристика, оценка эффективности диетотерапии. Автореферат диссертации на соискание ученой степени д.м.н. Москва, 2020. 44 с. [Pavlovskaya Ye.V. Comorbid pathology in obesity in children: clinical and metabolic characteristics, evaluation of the effectiveness of diet therapy. Synopsis of thesis for the degree of doctor of medical sciences. Moscow, 2020. 44 p. (In Russ.)].

15. Петеркова В.А., Безлепкина О.Б., Болотова Н.В. и др. Клинические рекомендации. Ожирение у детей. Проблемы эндокринологии. 2021; 5 (67): 67–83. [Peterkova V.A., Bezlepkina O.B., Bolotova N.V. et al. Clinical Guidelines. Obesity in children. Problems of Endocrinology. 2021; 5 (67): 67–83. (In Russ.)].

16. Giorgio, V., Prono F., Graziano F. et al. Pediatric non–alcoholic fatty liver disease: old and new concepts on development, progression, metabolic insight and potential treatment targets. BMC Pediatr. 2013; 25: 13–40.

17. Александров А.А., Кисляк О.А., Леонтьева И.В. Клинические рекомендации. Диагностика, лечение и профилактика артериальной гипертензии у детей и подростков. Системные гипертензии. 2020; 2 (17): 7–35. [Aleksandrov A.A., Kislyak O.A., Leontieva I.V. Clinical guidelines. Diagnosis, treatment and prevention of arterial hypertension in children and adolescents. Systemic Hypertension. 2020; 2 (17): 7–35. (In Russ.)].

18. Verduci E., Lassandro C., Giacchero R. et al. Change in metabolic profile after 1-year nutritional-behavioral intervention in obese children. Nutrients. 2015; 7 (12): 10089–99.

19. Pugh C.J., Sprung V.S., Jones H. Exercise-induced improvements in liver fat and endothelial function are not sustained 12 months following cessation of exercise supervision in non-alcoholic fatty liver disease (NAFLD). Int. J. Obes. (Lond.). 2016; 40 (12): 1927–1930.

Вклад авторов: Е.В. Павловская: разработка дизайна исследования, обзор публикаций по теме статьи, получение данных для анализа, статистический анализ полученных данных, написание текста рукописи; Т.В. Строкова: разработка дизайна исследования, редактирование текста рукописи; Н.Н. Таран, А.И. Зубович: получение данных для анализа.

Authors contributions. E.V. Pavlovskaya: development of research design, review of publications on the topic of the article, obtaining data for analysis, statistical analysis of the data obtained, paper writing; T.V. Strokova: development of research design, editing the text of the manuscript; N.N. Taran, A.I. Zubovich: obtaining data for analysis.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest.

Финансирование. Исследование проведено без спонсорской поддержки.
Financing. The study was performed without external funding.

Статья поступила: 14.01.2022.
Принята к публикации: 15.02.2022.
Article received: 14.01.2022.
Accepted for publication: 15.02.2022.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Павловская Елена Вячеславовна, д.м.н., ведущий научный сотрудник отделения педиатрической гастроэнтерологии, гепатологии и диетотерапии*. Телефон: +7 (499) 794-35-08. ORCID: 0000-0002-4505-397X.

Строкова Татьяна Викторовна, д.м.н., профессор РАН, заведующая отделением педиатрической гастроэнтерологии, гепатологии и диетотерапии*. Заведующая кафедрой гастроэнтерологии и диетологии ФДПО ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения РФ. Телефон: +7 (499) 794-35-08.

Таран Наталия Николаевна, к.м.н., старший научный сотрудник отделения педиатрической гастроэнтерологии, гепатологии и диетотерапии*. Ассистент кафедры гастроэнтерологии и диетологии ФДПО ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения РФ. Телефон: +7 (499) 613-71-01. ORCID: 0000-0001-9557-387X.

Зубович Андрей Игоревич, к.м.н., научный сотрудник отделения педиатрической гастроэнтерологии, гепатологии и диетотерапии*. Телефон: +7 (499) 794-36-52. ORCID: 0000-0002-2966-5618.

• ФГБУН «Федеральный исследовательский центр питания, биотехнологии и безопасности пищи». Адрес: 115446, г. Москва, Каширское шоссе, д. 21. E-mail: mailbox@ion.ru.

AUTHORS INFORMATION

Pavlovskaya Elena Vyacheslavovna, PhD, Leading Researcher, Department of Pediatric Gastroenterology, Hepatology and Diet Therapy*. Phone: +7 (499) 794-35-08. ORCID: 0000-0002-4505-397X.

Strokova Tatyana Viktorovna, PhD, DSc, Professor of the Russian Academy of Sciences, Head of the Department of Pediatric Gastroenterology, Hepatology and Diet Therapy*. Head of the Department of Gastroenterology and Dietology at Pirogov Russian National Research Medical University of Ministry of Health of the Russian Federation. Phone: +7 (499) 794-35-08. ORCID: 0000-0002-0762-0873.

Taran Natalia Nikolaevna, PhD, Senior Researcher, Department of Pediatric Gastroenterology, Hepatology and Diet Therapy*. Assistant Professor of the Department of Gastroenterology and Dietetology, Pirogov Russian National Research Medical University of Ministry of Health of the Russian Federation. Phone: +7 (499) 613-71-01. ORCID: 0000-0001-9557-387X.

Zubovich Andrey Igorevich, PhD, Researcher, Department of Pediatric Gastroenterology, Hepatology and Diet Therapy*. Phone: +7 (499) 794-36-52. ORCID: 0000-0002-2966-5618.

• Federal Research Center for Nutrition, Biotechnology and Food Safety. Address: 115446, Moscow, Kashirskoe highway, 21. E-mail: mailbox@ion.ru.