DOI: 10.64831/2619-0001.2026.1.335964
УДК 618.14
Комплексный подход к ведению пациенток с пролапсом тазовых органов
Н.А. Буралкина, д.м.н., с.н.с., В.Д. Чупрынин, к.м.н., М.М Черемин., к.м.н., В.В. Чурсин
ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В.И. Кулакова» Министерства здравоохранения Российской Федерации, г. Москва, Россия
An Integrated Approach to Managing Patients with Pelvic Organ Prolapse
N.A. Buralkina, V.D. Chuprynin M.M. , Cheremin, V.V. Chursin
Federal State Budgetary Institution “National Medical Research
Center of Obstetrics, Gynecology and Perinatology named after
Academician V. I. Kulakov” of the Ministry of Health of the Russian, Moscow, Russia
РЕЗЮМЕ. Эстетическая гинекология — крайне деликатная и психологически зависимая область медицины, что диктует поиск действенных и в то же время бережных, безопасных и эффективных методик лечения женщин с анатомическими изменениями влагалища и матки, направленных на улучшение качества их жизни. Послеоперационная реабилитация пациенток с пролапсом тазовых органов включает ряд мероприятий, включая методики по тренировке мыщц тазового дня и улучшению биологических свойств ткани. Данные 2026 г. указывают, что структурированные программы тренировки мышц тазового дна после хирургической коррекции ПТО улучшают функциональные исходы и качество жизни, хотя влияние на риск рецидивов все еще остается не ясным. Механизм действия PRP (platelet-rich plasma) в тканях влагалища представляет собой аутологичную плазму, обогащенную тромбоцитами и факторами роста (PDGF, TGF-β, VEGF и др.), которые стимулируют неоангиогенез, активируют фибробласты и усиливают синтез коллагена и эластина. Учитывая ограниченность крупных клинических исследований, PRP/Regenlab следует позиционировать как дополнение к доказанным методам лечения, с информированным согласием пациентки о текущем уровне доказательности и возможной необходимости повторных процедур.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: ПРОЛАПС ТАЗОВЫХ ОРГАНОВ, ЭСТЕТИЧЕСКАЯ ГИНЕКОЛОГИЯ
SUMMARY. Aesthetic gynecology is an extremely delicate and psychologically sensitive area of medicine, necessitating the search for effective yet gentle, safe, and efficient treatment methods for women with anatomical changes of the vagina and uterus, aimed at improving their quality of life. Postoperative rehabilitation of patients with pelvic organ prolapse involves a range of interventions, including pelvic floor muscle training and tissue biologic improvement. Data from 2026 indicate that structured pelvic floor muscle training programs after surgical correction of pelvic organ prolapse improve functional outcomes and quality of life, although the impact on the risk of recurrence remains unclear. The mechanism of action of PRP (platelet-rich plasma) in vaginal tissue is based on autologous plasma enriched with platelets and growth factors (PDGF, TGF-β, VEGF, etc.), which stimulate neoangiogenesis, activate fibroblasts, and enhance collagen and elastin synthesis. Given the limited availability of large clinical studies, PRP/Regenlab should be positioned as an adjunct to proven treatments, with informed patient consent regarding the current level of evidence and the potential need for repeat procedures.
KEYWORDS: PELVIC ORGAN PROLAPSE, AESTHETIC GYNECOLOGY
Для цитирования / For сitation: Н.А. Буралкина, В.Д. Чупрынин, М.М. Черемин, В.В. Чурсин. Комплексный подход к ведению пациенток с пролапсом тазовых органов. Медицинский оппонент. 2026; 1 (33): ??–??. [N.A. Buralkina, V.D. Chuprynin, M.M. Cheremin, V.V. Chursin. Endometriosis as a Cause of Chronic Pelvic Pain: Current Understanding of Pathogenesis, Clinical Consequences, and Optimal Treatment Approach. Meditsinskiy opponent = Medical Opponent. 2026; 4 (33): ??–??. (In Russ.)].
Введение
Эстетическая гинекология — крайне деликатная и психологически зависимая область медицины, что диктует нам поиск действенных и в тоже время бережных, безопасных и эффективных методик лечения женщин с анатомическими изменениями влагалища, направленных на улучшение качества их жизни. Стратегические программы по улучшению рождаемости и качества жизни в стране предполагают увеличение количества родов и продолжительности жизни женщин, а вместе с тем и гинекологических проблем, в том числе тазовых пролапсов. Эстетические жалобы в качестве основного мотивирующего фактора являются нередко единственным симптомом, который волнует пациенток. Однако пластическая хирургия женских половых органов и влагалища может включать в себя не только эстетические процедуры, но и реконструктивные операции. В отличие от традиционных эстетических операций многие процедуры пластической хирургии влагалища, особенно вагинопластика, не выполняются исключительно по косметическим показаниям и обычно связаны с функциональными проблемами (например, боль, диспареуния, сексуальная дисфункция, стрессовое недержание мочи, затрудненное мочеиспускание).[i]
Хирург должен иметь полное представление об анатомии, как внутренней, так и внешней [1].. Хотя обучение пластической хирургии может быть сосредоточено на стандартной номенклатуре, все более подробные процедуры требуют знания более тонких особенностей. Пластическая хирургия женских половых органов и влагалища также описывается как косметическая хирургия женских половых органов, вульвовагинальная эстетическая хирургия, вульвовагинальная пластическая хирургия, эстетическая вульвовагинальная или вагинальная хирургия, косметико-пластическая гинекология и косметогинекология.
Известно, что люди, демонстрирующие позитивную генитальную самооценку, демонстрируют более высокий уровень сексуальной самооценки, что, как правило, заставляет их чувствовать себя более сексуально привлекательными. В этой связи многочисленные исследования показали, что предоперационное ознакомление с различными проявлениями анатомии женских половых органов может отговорить людей от ненужной операции и ее потенциальных осложнений.[ii]
Вагинопластика и пластика тазового дна
Большинство операций выполняются по желанию пациентки из-за ощущения растяжимого влагалища с попаданием воздуха и воды, желания улучшить сексуальные отношения для себя и полового партнера, дискомфорта при ношении одежды или занятии спортом. Эстетическая вагинопластика также преследует цель сужения как входа во влагалища, так сужении влагалища на протяжении. Эстетическая вагинопластика – это работа на задней стенке влагалища или боковой стенке влагалища с редукцией перерастянутой слизистой оболочки, создание высокой промежности за счет наложения швов на промежностое тело[1,6,7]. . Хирург должен определить пределы запланированного уменьшения диаметра влагалища заранее, в диалоге с пациенткой. Пластика тазового дна подразумевает восстановление дефектов ректовагинальной, лобковошеечной, пузырношеечной фасции, полученных во время родов или в следствии дисплазии соединительной ткани у пациентки. Все вышеперечисленные фасции входят в состав эндопельвикальной фасции. С точки зрения функциональной хирургии – не решаются вопросы акта мочеиспускания и дефекации, долгосрочной коррекции тазового пролапса.
Методы коррекции пролапса тазовых органов
Отдельной темой для обсуждения является наличие у пациенток апикального пролапса (рис. 1). Апикальный пролапс – это пролапс при котором ведущей точкой является шейка и тело матки в связи с разрушением поддерживающего связочного аппарата. При апикальном тазовом пролапсе ограничиваясь коррекцией только стенок влагалища и промежностного тела пациентка запрограммирована на рецидив в первый год после операции. Коррекция апикального тазового пролапса производиться с использованием синтетических, сетчатых имплантов, то есть выполняется протезирующая хирургия. Коррекция апикального тазового пролапса может производиться как вагинальным, так и абдоминальным доступом. Как коррекция тазового апикального пролапса, а также стрессового недержания мочи относится к области оперативной гинекологии и урологии. Профилактикой рецидива тазового пролапса является ликвидация дефектов в фасциях, а также коррекция апикального опущения. Стоит заметить, что создание высокой промежности за счет кожно-слизистых лоскутов при половой жизни создает наибольший дискомфорт ввиду повышенной травматизации тканей в этой области. Принципиальным вопросом является при хирургической коррекции создания субфасциального шва задней стенки влагалища с переходом на промежностное тело и поперечные мышцы промежности. Данный хирургический прием позволяет создать единую анатомическую структуру с равномерным распределением трения по всей задней стенки влагалища. Также подобная хирургическая манипуляция позволяет ликвидировать грыжу прямой кишки и улучшить опорожнение прямой кишки[4]. .
Таким образом, женщины, обращающиеся за решением эстетических проблем женской половой области, должны быть осведомлены о одновременной коррекции анатомических изменений со стороны стенок влагалища и работы органов малого таза – тазового пролапса и стрессовой инконтиненции. Оперирующий врач во время первичного осмотра должен диагностировать нарушение поддерживающего аппарата матки на трех уровнях с проведением кашлевой пробы. Приступать к планированию оперативного лечения с возможным устранением не только косметических дефектов промежности, но функциональных расстройств акта мочеиспускания и дефекации необходимо только после обследования пациентки.
Реконструкция нативными тканями (native tissue repair, NTR) остается первой линией хирургического лечения первичного ПТО благодаря оптимальному соотношению эффективности, безопасности и отсутствию специфических осложнений, связанных с сетчатыми имплантами [1]. При этом систематические данные показывают, что стандартные передняя и задняя кольпорафия обеспечивают субъективный «cure rate» около 68–74% через 5 лет, при этом удовлетворенность пациенток превышает 70% [2, 3]. Масштабные обзоры и Кокрановский метаанализ показывают, что трансвагинальные сетчатые импланты несколько снижают риск анатомического рецидива и повторных операций по поводу ПТО по сравнению с NTR, но сопровождаются более высокой частотой повторных вмешательств в целом за счет эрозий сетки и связанных с ней осложнений [1, 7]. Новые клинические рекомендации резко ограничивают применение вагинальной сетки пациентками с высоким риском рецидива (ПТО 3–4 стадии, выраженный дефект леваторного аппарата, симптомный рецидив цистоцеле), отдавая приоритет лапароскопической/роботизированной сакрокольпопексии и NTR в остальных случаях [1, 7]. Сакрокольпопексия (SCP) остается «gold standard» для коррекции апикального пролапса [1, 8].
Рандомизированное исследование 2025 г. показало, что лапароскопическая SCP с фиксацией сетки клеем сопоставима по анатомическим исходам с традиционной, при этом существенно сокращает время операции без увеличения частоты рецидивов в течение 24 мес. наблюдения [9]. Роботизированная сакрокольпопексия обеспечивает более точную диссекцию и удобство хирургу, снижает кровопотерю и частоту конверсий, однако сопровождается большей стоимостью и несколько бо́льшим временем операции. Поэтому ее применяют преимущественно в крупных центрах и при сложных комбинированных дефектах [10]. Когортное исследование рутинных операций по поводу ПТО с 10-летним наблюдением показало, что частота повторных операций составляет около 11% через 5 лет и 14% через 10 лет [2]. Субъективный «cure rate» (отсутствие ощущения выпячивания) при этом через 5 лет составил 68% при изолированном цистоцеле, 70% при изолированном ректоцеле и 74% при комбинированном передне-заднем пролапсе на фоне NTR, при высокой удовлетворенности и выраженном снижении симптомов [2, 3]. Кокрановский обзор операций на верхнем этаже влагалища показал преимущество сакрокольпопексии над вагинальной NTR по показателям осведомленности о пролапсе, рецидиве и повторных операциях [1].
Тем не менее ряд метаанализов, демонстрирует, что вагинальные методики апикальной фиксации (например, сакроспинальная фиксация или модифицированная операция Манчестера) обеспечивают сопоставимые субъективные исходы и качество жизни при меньшей операционной травме у правильно отобранных пациенток [1]. Повторный анализ классического исследования Вебера показал, что при использовании клинически релевантных критериев успеха (а не только строгих POP-Q-параметров) стандартная передняя кольпорафия без сетки демонстрирует около 88% клинического успеха с минимальной потребностью в повторных операциях [1]. Для заднего отдела оптимальным остается ушивание собственных фиброваскулярных тканей (posterior colporrhaphy), особенно при сочетанном устранении апикального дефекта, что снижает риск рецидива ректоцеле и сохраняет сексуальную функцию [1]. У пожилых пациенток с тяжелым пролапсом и выраженной сопутствующей патологией облитеративные операции достигают анатомического и субъективного успеха более 95% при низкой частоте осложнений и коротком времени операции [1].
Реабилитация и консервативные методы после операции
Данные 2026 г. указывают, что структурированные программы тренировки мышц тазового дна (ПТМТД) после хирургической коррекции ПТО улучшают функциональные исходы и качество жизни, хотя влияние на анатомический рецидив остается менее определенным [11]. ПТМТД рассматривается как стандартная часть реабилитации после хирургии, особенно у пациенток с сочетанными нарушениями мочеиспускания и сексуальной функции [11].
Таким образом, долгосрочные наблюдения показывают, что даже при частичном анатомическом рецидиве большинство пациенток сообщают о устойчивом облегчении симптомов и высокой удовлетворенности операцией, что подчеркивает важность ориентировки на жалобы, а не только на POP-Q [2, 3]. Комплексная реабилитация, включая ПТМТД, нормализацию массы тела, коррекцию запоров и, у части пациенток, местную гормональную и/или регенеративную терапию, рассматриваются как способ продлить эффект реконструктивного вмешательства [1, 11]. Одной из таких методик, как раз и является PRP/Regenlab, которая позволяет закрепить результат после восстановительной операции (рис.1).
PRP/Regenlab в гинекологии и интимной реабилитации
Механизм действия PRP в тканях влагалища PRP (platelet-rich plasma) представляет собой аутологичную плазму, обогащенную тромбоцитами и факторами роста (PDGF, TGF-β, VEGF и др.), которые стимулируют неоангиогенез, активируют фибробласты и усиливают синтез коллагена и эластина [4, 12]. Экспериментальные работы показывают, что PRP и родственные препараты (например, platelet-rich fibrin lysate, hPRF-L) способны увеличивать экспрессию коллагена I и III и модулировать MMP-1 в моделях ПТО, улучшая механическую прочность влагалищной стенки [12].
Оригинальная швейцарская технология RegenLab® позволяет получать PRP, в которой тромбоциты сохраняют активность в тканях до 7–10 дней, в течение которых происходит высвобождение факторов роста и запуск каскада регенерации [4]. При интимной PRP-терапии плазма вводится в подслизистый слой влагалища и/или в область вульвы, что приводит к активации фибробластов и усилению синтеза коллагена, эластина и гиалуроновой кислоты, улучшению микроциркуляции и местного иммунитета, восстановлению слизистой и микробиоты [4, 6]. PRP/Regenlab активно используется после реконструктивных операций, а также для эстетической и функциональной «интимной омолаживающей» коррекции [4, 6, 13]. Клиническое исследование на животных с моделированием повреждения влагалищной стенки показало, что инъекции PRP способствуют восстановлению коллагеновых волокон и улучшают функциональные показатели при нарушениях тазового дна [5]. Регистрируемое клиническое исследование NCT07306611 направлено на оценку способности PRP улучшать эластичность, увлажненность и толщину влагалищных тканей при вульвовагинальной атрофии, а также влияние на сексуальную функцию и качество жизни [13]. PRP/Regenlab может использоваться как элемент реабилитации после операций при пролапсе.
Данные о влиянии PRP и hPRF-L на коллагеновый матрикс влагалища и тазового дна позволяют рассматривать их как перспективное дополнение к хирургической коррекции [5, 12] Концептуально PRP/Regenlab может использоваться для улучшения заживления тканей влагалища и промежности после реконструктивных и пластических вмешательств как часть комплексной программы реабилитации. Специализированные клиники описывают протоколы, в которых тPRP по технологии Regenlab применяется серийно (1–3 процедуры с интервалом 4–6 недель) в подслизистый слой влагалища и зону рубцов для стимуляции ремоделирования соединительной ткани и улучшения эластичности [4, 6].
Клиническое наблюдение
На базе хирургического отделения ФГБУ «НМИЦ АГП им. В.И. Кулакова» в период 2020-2022 гг. выполнено 5312 операций. Всем пациенткам проведено стандартное предоперационное исследование, подготовка к операционному вмешательству. Из них 227 – по поводу пролапса тазовых органов: лапароскопическим доступом – у 83 (36,6%) и влагалищным – у 144 (63,4%). Гистеро или кольпопексия сетчатым имплантом была выполнена у 79,5% пациенток (рис. 1, а и 1, б). У 84,3% одновременно выполнена передняя и задняя кольпоррафия с перинеолеваторопластикой. У 49 пациенток ПТО был представлен локальными формами пролапса в виде цисто-, ректоцеле II-III степенью (рис. 2, а). Средний возраст пациенток составил 51,6 ± 7,2 года. Среднее время операции составило 103 минуты, койко-день – 5,2.
Известна роль гиалуроновой кислоты в процессе восстановления и регенерации тканей. При экзогенном введении ГК участвует в улучшении структуры соединительной ткани, запуске процессов регенерации, торможении миграции гранулоцитов, макрофагови лимфоцитов переферической крови при сохраненной активности фибробластов и эпителиальных клеток. С целью улучшения регенерации и эластичности тканей по программе комплексной реабилитации в послеоперационном периоде 12 пациенткам в амбулаторных условиях на 14-15-е сутки выполнена PRP-терапия «Cellular Matrix BCT-HA веерным способом. Ход процедуры: у пациенток проводили забор венозной крови в количестве 4 мл в пробирку с 2 мл гиалуроновой кислоты (20мг/мл), уже находящейся в ней. Далее после центрифугирования они получа ли 4 мл «Клеточного Матрикса» (PRP&HA) путем смешивания плазмы и ГК. Наборы Regen содержат пробирки и необходимые приспособления для забора венозной крови и обеспечивают сохранение замкнутой системы (от забора крови до введения готового препарата PRP). Процедура проводилась в течение 20-ти минут. Затем полученный матрикс вводили инъекционным способом в слизистую оболочку влагалища без обезболивания пациентки.
Клеточный матрикс (Cellular Matrix™)— инновационная пробирка компании, композиция жидкой формы PRP и специально синтезированной гиалуроновой кислоты. Зарегистрирована для совместного применения, имеет высочайший профиль безопасности, это биологический препарат в стерильной закрытой системе. Помимо эффектов PRP в виде регенерации и ремоделирования, обеспечивается выраженная гидратация и лифтинг тканей. Комбинация PRP и ГК позволяет достичь процессов регенерации в тканях за счет действия факторов роста тромбоцитов и добиться выраженного увлажнения тканей. Такая система актуальна для пациенток с атрофическими изменениями, склероатрофическим лишаем вульвы, в рамках подготовки тканей к оперативным вмешательствам и реабилитации после (рис. 1. с, 2а).
Методика достаточно проста в использовании, безопасна, не требует наличия дорогостоящего оборудования, необходимо четкое соблюдение протоколов приготовления препаратов для получения максимального эффекта.
В данной процедуре использовался специальный гель, который надежно отделяет плазму от эритроцитов, сохраняя до 95% тромбоцитов. Применение собственной крови пациента исключило аллергические реакции. Введение PRP-процедуры проводилось без обезболивания. Через 1 месяц после операции и PRP-процедуры, комплексного лечения пациентки чувствовали себя хорошо, слизистая ровная, розовой окраски, эластичная, увлажненная. Осложнений и побочных реакций не наблюдалось. PRP терапия нами рассматривается в качестве дополнительного метода входящего в комплексную программу реабилитации таких пациенток с целью стимуляции и ремоделирования соединительной ткани и улучшения эластичности после проведенных хирургических вмешательств.
Заключение
Таким образом, хирургический стандарт при первичном ПТО — реконструкция нативными тканями, которая дает высокую долгосрочную удовлетворенность и приемлемый риск рецидиваю Сакрокольпопексия (лапароскопическая/ роботизированная) — «золотой стандарт» для выраженного апикального пролапса [1, 2, 10]. Вагинальная сетка должна применятьсятолько по показаниям, преимущественно при высоком риске рецидива и/или рецидивном пролапсе; необходима тщательная оценка рисков эрозии и повторных вмешательств [1, 7]. Реабилитация после операции должна включать ПРТП коррекцию факторов риска и, при показаниях, местную гормональную и (пока экспериментально) регенеративную терапию [1, 11]. PRP/Regenlab в гинекологии и урогинекологии направлена на активацию фибробластов и синтеза коллагена/эластина, улучшение микроциркуляции и ремоделирование тканей влагалища и промежности; она перспективна как компонент реабилитации после реконструктивной хирургии, особенно при атрофических и рубцовых изменениях [4, 5, 12]. Учитывая ограниченность крупных клинических исследований, PRP/Regenlab следует позиционировать как дополнение к доказанным методам лечения, с информированным согласием пациентки о текущем уровне доказательности и возможной необходимости повторных процедур [12, 13].
ЛИТЕРАТУРА / REFERENCES
doi:10.3390/jcm14207313. PubMed: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/41156187/ Full text: https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC12565515/ [web:185]
[web:160].
Journal. 2022; 33 (7): 1797–1806. doi:10.1007/s00192-022-05156-y. PubMed: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/35312802/ Full text:
https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC9270303/ [web:190],[web:175].
on vaginal repair surgery and long-term satisfaction. Available at: https://www.raveco.com/blog/vaginal-repair-surgery-statistics-patient-outcomes-long-term-results [web:181].
https://www.artbeauty.lv/en/service/intimate-rejuvenation-2/prp-plazmoliftings-intimas-korekcijas-procedura-ar-originalas-tehnologijas-regenlab-sveice/
[web:176].
women’s health. Available at: https://www.regenlabcanada.com [web:182].
Urology Focus. 2024; 10 (4): 525–534. doi:10.1016/j.euf.2023.11.007. PubMed: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37968187/ [web:196],[web:173].
https://www.gfmer.ch/Guidelines/Urogynecology_urinary_and_fecal_incontinence/Pelvic_prolapse.htm [web:179].
Journal of Urology. 2025. doi:10.1007/s00345-025-05536-6. PubMed: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/41055794/ Full text:
https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC12504334/ [web:229][web:180]
2025; 12: 1561976. doi:10.3389/fsurg.2025.1561976. PubMed: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/40124528/ Full text:
https://www.frontiersin.org/journals/surgery/articles/10.3389/fsurg.2025.1561976/full [web:193], [web:166].
https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC12504941/ [web:205], [web:203],[web:200].
https://clinicaltrials.gov/study/NCT07306611 [web:178].
Вклад авторов. Н.А. Буралкина, В.Д. Чупрынин, Черемин М.М., Чурсин В.В.: получение данных для анализа, обзор публикаций по теме статьи, статистический анализ полученных данных, написание текста рукописи.
Authors сontributions. V.D. Chuprynin, N.A. Buralkina: obtaining data for analysis, reviewing publications on the topic of the article, statistical, analysis of the obtained data, article writing.
Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest.
Финансирование. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования.
Financing. This study was not supported by any externalsources of funding.
Статья поступила: 28.01.2026.
Article received: 28.01.2026
Принята к публикации: 20.02.2026.
Accepted for publication: 20.02.2026.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
*Буралкина Наталья Александровна, д.м.н., старший научный
сотрудник хирургического отделения оперативной гинекологии
и общей хирургии. ORCID: 0000-0001-5109-6725.
*Чупрынин Владимир Дмитриевич, к.м.н., заведующий хирургическим отделением оперативной гинекологии и общей хирургии. ORCID: 0000-0002-2997-9019.
*Черемин Михаил Михайлович, к.м.н., врач. ORCID: 0002-8600—068Х.
*Чурсин Вячеслав Владимирович, хирург в отделении оперативной гинекологии и общей хирургии. ORCID: 0009-0002-9952-6629.
* ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В.И. Кулакова» Министерства здравоохранения Российской Федерации. Адрес: 117997, Россия, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4. Телефон: +7 (495) 531-44-44. E-mail: med@oparina4.ru.
AUTHORS INFORMATION
*Buralkina Natalia Alexandrovna, MD, Senior
Researcher at the Surgical Department of Operative Gynecology
and General Surgery. ORCID: 0000-0001-5109-6725.
*Chuprynin Vladimir Dmitrievich, PhD, Head of the Surgical Department of the Department of Operative Gynecology and General Surgery. ORCID: 0000-0002-2997-9019.
* Cheremin Mikhail Mikhailovich, MD, PhD. ORCID: 0002-8600-068X.
* Chursin Vyacheslav Vladimirovich, surgeon in the Department of Operative Gynecology and General Surgery. ORCID: 0009-0002-9952-6629.
* V.I. Kulakov National Medical Research Center of Obstetrics, Gynecology and Perinatology of the Ministry of Health of the Russian Federation. Address: 4, Akademika Oparina str., Moscow, 117997, Russia. Phone: +7 (495) 531-44-44. E-mail: med@oparina4.ru.