УДК 616–053.34
DOI: 10.64831/2619-0001.2024.1.256872
И.И. Бочарова¹,², д.м.н., профессор, С.В. Новикова¹,², д.м.н., профессор, Е.Ю. Упрямова³, д.м.н., А.А. Якубина¹
¹ Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Московский областной научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии», г. Москва, Россия
² Кафедра акушерства и гинекологии факультета усовершенствования врачей государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Московский областной научно-исследовательский клинический институт им. М.Ф. Владимирского», г. Москва, Россия
³ Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Научно-исследовательский институт акушерства, гинекологии и репродуктологии имени Д.О. Отта», г. Санкт-Петербург, Россия
РЕЗЮМЕ. В ходе работы проведена оценка состояния здоровья 160 новорожденных, которые были разделены на три группы в зависимости от способа обезболивания родов. Было установлено, что частота патологических состояний у новорожденных при обезболивании родов у матерей путем парентерального введения наркотических анальгетиков и проведения эпидуральной аналгезии в режиме болюсного введения была выше в 1,5–3,5 раза по сравнению с другими способами обезболивания и составила 76,7 и 54,3% соответственно. Тяжесть состояния этих детей была обусловлена клиническими проявлениями церебральной депрессии, умеренным угнетением по данным усредненной оценки скрининг-схемы «Профиль угнетения-раздражения», проведенной сразу после рождения, показателями кислотно-основного состояния, соответствующими перенесенной гипоксии в родах, патологическими изменениями по данным нейросонографии в виде внутрижелудочковых кровоизлияний и повышения резистентности мозговых сосудов.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: НОВОРОЖДЕННЫЕ, ЭПИДУРАЛЬНАЯ АНАЛГЕЗИЯ, ИНГАЛЯЦИОННАЯ СЕДОАНАЛГЕЗИЯ, НАРКОТИЧЕСКИЕ АНАЛЬГЕТИКИ
ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ / FOR CITATION: Бочарова И.И., Новикова С.В., Упрямова Е.Ю. и соавт. Обезболивание родов: влияние на состояние ребенка при рождении и его адаптацию. Медицинский оппонент. 2024; 1 (25): 68–72. [Bocharova I.I., Novikova S.V., Upryamova E.Yu. et al. Analgesia labor: influence on the condition of the newborn and its adaptation. Meditsinskiy opponent = Medical Opponent. 2024; 1 (25): 68–72. (In Russ.)].
UDC 616-053.34
I.I. Bocharova¹,², S.V. Novikova¹,², E. Yu. Upryamova³, A.A. Yakubina¹
¹ State Budget Institution of the Moscow region «Moscow Regional Research Institute of Obstetrics and Gynecology», Moscow, Russia
² Department of Obstetrics and Gynecology, Faculty of Modernization of Physicians of State Budget Institution of the Moscow region «Moscow Regional Research Clinical Institute named after M.F. Vladimirsky», Moscow, Russia
³ Federal State Budgetary Scientific Institution «Research Institute of Obstetrics, Gynecology and reproductology named after D.O. Ott», Saint Petersburg, Russia
SUMMARY. During the work, the health status of 160 newborns was assessed, who were divided into 3 groups depending on the method of labor pain relief. It was found that the frequency of pathological conditions in newborns during labor pain relief in mothers through parenteral administration of narcotic analgesics and bolus epidural analgesia was 1.5–3.5 times higher compared to other methods of pain relief and amounted to 76.7 and 54.3% respectively. The severity of the condition of these children was due to clinical manifestations of cerebral depression, moderate depression according to the average assessment of the screening scheme «Depression-irritation profile» carried out immediately after birth, indicators of acid-base state corresponding to hypoxia in childbirth, pathological changes according to neurosonography in the form of intraventricular hemorrhages and increased resistance of cerebral vessels.
KEYWORDS: NEWBORN, EPIDURAL ANALGESIA, INHALATION SEDOANALGESIA, NARCOTIC ANALGESICS
В настоящее время сохраняется научно-практический интерес к изучению влияния анестетиков, применяемых в акушерской практике, и методов их введения на адаптивные процессы и структуру заболеваемости новорожденных. Применение наркотических анальгетиков с целью обезболивания родов остается актуальным, поскольку помогает добиться адекватной аналгезии, однако имеет ряд существенных осложнений, которые могут отразиться на состоянии матери и ребенка. Использование наркотических анальгетиков (НА) может спровоцировать у роженицы развитие таких побочных эффектов, как тошнота, рвота, зуд и сонливость, а также, учитывая их проникновение через плаценту к плоду, оказать негативное влияние на ребенка в виде снижения вариабельности сердечного ритма плода, дыхательных нарушений с последующей потребностью в проведении реанимационных мероприятий и дальнейшего лечения в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ) [1–4]. Среди нейроаксиальных методов обезболивания родов широко распространена в акушерской практике эпидуральная аналгезия (ЭА), при которой применяются различные виды местных анестетиков (МА), вводимых посредством разных режимов. Это связано с выраженным анальгетическим эффектом и высокой удовлетворенностью женщины качеством обезболивания [5, 6]. По данным литературы, использование ЭА чаще приводит к оперативным вагинальным родам, удлиняет второй период родов, может вызвать выраженный моторный блок, который зависит от вида использованного анестетика и способа его введения в эпидуральное пространство, но на состояние новорожденного эти осложнения не оказывают негативного влияния, учитывая результаты оценки по шкале Апгар [7–10]. В последние годы отмечается существенное развитие методик проведения ЭА, от ручного болюсного введения до постоянной эпидуральной инфузии аналгезии (continuous epidural infusion — CEI) и программируемого интермиттирующего болюсного ведения (programmed intermittent epidural bolus — PIEB), с их возможным дополнением пациент-контролируемым болюсным введением МА (patient controlled epidural analgesia — PCEA). Это привело к более стабильной аналгезии, улучшению контроля над обезболиванием, исключило возможность «прорывной боли» и облегчило работу медицинского персонала [11]. Установлено, что режим PIEB улучшает распространение лекарства в эпидуральном пространстве, уменьшает выраженность моторного блока и объем используемого МА, а также снижает риск оперативных вагинальных родов по сравнению с CEI [12–14]. Ингаляционная аналгезия, применяющаяся как отдельно, так и в сочетании с другими методами обезболивания родов, не теряет своей актуальности в акушерской анестезиологии, так как использование небольших доз анестетиков позволяет добиться быстрой индукции и эффективности за короткий промежуток, не увеличивает риск инструментальных родов. В последних работах исследователи изучают в эксперименте возможную нейротоксичность [15] и, наоборот, нейропротективный эффект разных ингаляционных анестетиков [16, 17].
Цель исследования: изучить состояние здоровья новорожденных у матерей с разными способами обезболивания родов.
Исследование было проведено на базе отделения новорожденных акушерского обсервационного отделения и отделения реанимации, интенсивной терапии и патологии новорожденных и недоношенных детей Московского областного научно-исследовательского института акушерства и гинекологии. Были обследованы 160 новорожденных при разных способах обезболивания родов у матери. Оценка состояния здоровья детей включала анализ клинико-анамнестических данных, неврологического статуса и кислотно-основного состояния (КОС) артериальной и венозной крови после рождения, а также интерпретацию результатов нейросонографии (НСГ). Новорожденные были разделены на три группы в зависимости от способа обезболивания родов: в группу 1 включены 30 детей, родившихся у матерей при обезболивании родов путем парентерального введения НА и безензодиазепинов; группу 2 составили 100 детей, родившихся у матерей, обезболенных в родах путем ЭА, в группу 3 вошли 30 детей, родившихся у матерей при обезболивании родов путем ингаляционной седоаналгезии. Группа 2 была дополнительно разделена на три подгруппы в зависимости от режима ЭА и концентрации использованного МА (левобупивакаин): подгруппа 2А состояла из 35 новорожденных от матерей с болюсной ЭА родов — болюсы левобупивакаина 0,25% по 10 мл вводились анестезиологом по мере окончания действия препарата; в подгруппу 2Б вошли 35 детей, родившихся у матерей с ЭА в родах в режиме PCEA + CEI — PCEA, которую проводили введением болюсов левобупивакаина 0,125% — 10,0 мл, локаут-интервал — 30 мин; режим CEI поддерживали постоянной инфузией левобупивакаина 0,125% (10,0 мл/ч); в подгруппу 2В объединены 30 детей от матерей с ЭА родов в режиме PIEB + PCEA, при этом обезболивание начинали с ручного введения болюсной дозы насыщения (левобупивакаин 0,125% — 10,0 мл), затем переходили на автоматическое введение местного анестетика с помощью инфузионного насоса в режиме PIEB + PCEA. Режим PIEB поддерживался введением левобупивакаина 0,0625% по 9,0 мл каждые 45 мин; PCEA осуществляли введением болюсов левобупивакаина 0,0625% — 10,0 мл, локаут-интервал — 10 мин.
Для оценки влияния обезболивания родов на состояние новорожденного была использована предложенная в 1993 г. А.Б. Пальчиком скрининг-схема «Профиль угнетения-раздражения», включающая шкалы по общей активности, мышечному тонусу, рефлексам новорожденных, состоянию вегетативной нервной системы, а также биохимические шкалы и шкалы по результатам ЭЭГ. Все шкалы и субшкалы построены по универсальному принципу (отсутствие или резкое снижение показателя (–2), снижение показателя (–1), оптимальное значение показателя (0), увеличение показателя (+1), экзальтация или резкое повышение показателя (+2). Усредненная оценка –0,2…+0,2 характеризует баланс процессов угнетения и раздражения.
В основе математической обработки материала лежат методы медицинской статистики. Группы сравнивали с помощью непараметрических критериев (точный критерий Фишера, χ²) и определения отношения шансов. Различия считали статистически значимыми при р < 0,05. Вычисления проводили с использованием пакета стандартных и оригинальных статистических программ.
Хроническая внутриутробная гипоксия по результатам пренатальной диагностики была выявлена у новорожденных всех групп, кроме подгрупп 2Б и 2В, и варьировала от 5,7 (подгруппа 2А) до 10% (группа 3). Гипоксия в родах встречалась в 5,7–6,7%. Произошло 160 срочных родов, из которых самопроизвольными были 158. Было двое оперативных родов у рожениц из группы 1 (обезболивание родов с помощью парентерального введения НА): экстренное кесарево сечение в связи с клинически узким тазом (3,3%), а также роды с помощью вакуум-экстракции (3,3%) при появлении на кардиотокограмме признаков острой гипоксии плода. В группе 3 все новорожденные родились в удовлетворительном состоянии с оценкой по шкале Апгар 8/9 баллов.
Результаты исследования показали, что частота патологических состояний у новорожденных группы 1 (76,7%) была статистически значимо выше по сравнению с детьми второй (ОШ 3,7 95% ДИ: 1,47–9,41; р = 0,006) и третьей (ОШ 3,28 95% ДИ: 1,08–9,95; р = 0,037) групп, несмотря на то, что в первой группе отмечался самый низкий показатель гестационных осложнений (угроза прерывания, фетоплацентарная недостаточность, гестационный сахарный диабет, истмико-цервикальная недостаточность, урогенитальная инфекция), составивший 50% (табл. 1). В других группах заболеваемость новорожденных варьировала от 33,3 (подгруппа 2В) до 54,3% (подгруппа 2А). В структуре заболеваемости детей группы 1 преобладали внутриутробные инфекции (ВУИ), выявленные в девяти наблюдениях (30%), и геморрагические проявления, возникшие у 11 детей (36,7%) и представленные локальными кровоизлияниями в кожу, внутрижелудочковыми кровоизлияниями (ВЖК) и кровоизлиянием в надпочечник. В группе 3 все новорожденные родились в удовлетворительном состоянии с оценкой по шкале Апгар 8/9 баллов.
При клинической оценке неврологического статуса проявления церебральной депрессии в 1,5–3,5 раза чаще встречались у детей группы 1 (20%), в группе 3 было два ребенка с умеренным снижением мышечного тонуса, которое было обусловлено перенесенной хронической гипоксией. У новорожденных группы 2 синдром угнетения центральной нервной системы был диагностирован в девяти наблюдениях, при этом у детей подгруппы 2А встречался в 2–2,5 раза чаще по сравнению с детьми других подгрупп (14,3%). Усредненная оценка «Профиля угнетения-раздражения» у детей сразу после рождения составила от –0,91 до 0, что в группе 1, подгруппах 2А и 2Б соответствовало умеренному угнетению, а в группе 3 и подгруппе 2В характеризовало состояние баланса угнетения и раздражения. В конце раннего неонатального периода 10 (6,3%) новорожденных были переведены в профильные неонатальные отделения для продолжения лечения. Показания для перевода: врожденные пневмонии в четырех наблюдениях (дети из группы 1 и подгруппы 2В) и сохраняющаяся патологическая неврологическая симптоматика у шести детей из подгрупп 2А и 2Б. В группе 3 все дети были выписаны домой в удовлетворительном состоянии.
При проведении НСГ в первые двое суток жизни у 130 новорожденных патологические изменения в виде ВЖК, субэпендимальные кисты, повышения резистентности мозговых сосудов, ишемии мозга, асимметрии латеральных желудочков, ангиопатии и незрелости ЦНС диагностировались с частотой от 8,3 до 48,1%, причем самая низкая частота патологии ЦНС имела место у детей группы 3 (17,4%) и подгруппы 2В (8,3%) (табл. 2). Также следует отметить, что у новорожденных этих групп не было выявлено ВЖК и признаков ишемии мозга, которые определяют тяжесть и исход перинатальных повреждений ЦНС.
Полученные показатели кислотно-основного и газового состава крови артерии и вены пуповины при рождении у детей группы 3 и подгруппы 2В находились в пределах допустимых значений, что свидетельствовало об отсутствии внутриутробной гипоксии при соответствующих видах обезболивания родов (табл. 3). Результаты КОС новорожденных (дети из группы 1 и подгруппы 2В) имели более низкие значения pH крови артерии и вены, а среднее значение лактата в 1,5–2,1 раза превышало этот показатель у новорожденных других групп.
Все рассмотренные в статье способы обезболивания родов нельзя считать идеальными, в связи с чем выбор методики проводится персонифицированно, в зависимости от психологического и физиологического состояния женщины, а также с учетом акушерской ситуации и состояния плода. Согласно полученным результатам исследования частота патологических состояний у новорожденных, матери которых в родах были обезболены путем парентерального введения НА и ЭА в режиме болюсного введения, была в 1,5–3,5 раза выше (76,7 и 54,3% соответственно) по сравнению с другими способами обезболивания. Состояние этого контингента детей чаще было среднетяжелым и (или) тяжелым, что подтверждается характером патологии, клиническими проявлениями церебральной депрессии, патологическими изменениями по данным лабораторного и инструментального обследования.
| 1 группа 1 Group (n = 30) | 2 группа / 2 Group 2A (n = 35) | 3 группа 3 Group (n = 30) | |
|---|---|---|---|
| Осложнение беременности Pregnancy complication | 15 (50%) | 26 (74,3%) | 29 (82,8%) |
| Самопроизвольные роды Spontaneous labor | 28 (93,3%) | 35 (100%) | 35 (100%) |
| Экстренное кесарево сечение Emergency caesarean section | 1 (3,3%) | 0 | 0 |
| Вакуум-экстракция Vacuum extraction of the fetus | 1 (3,3%) | 0 | 0 |
| Осложнение родов / Labor complication | 1 (3,3%) | 0 | 0 |
| Острая гипоксия Acute fetal hypoxia | 1 (3,3%) | 0 | 0 |
| Асинклитизм Asynclitism | 1 (3,3%) | 0 | 0 |
| Родились больными и заболели Were born sick and got sick | 23 (76,7%) | 19 (54,3%) | 18 (51,4%) |
| Апгар 8/9 Apgar 8/9 | 28 (93,3%) | 33 (94,3%) | 33 (94,3%) |
| Гипоксия/асфиксия Hypoxia/Asphyxia | 2 (6,7%) | 2 (5,7%) | 2 (5,7%) |
| Хроническая внутриутробная гипоксия Chronic intrauterine hypoxia | 3 (10%) | 2 (5,7%) | 0 |
| Задержка внутриутробного роста Intrauterine growth retardation | 3 (10%) | 4 (11,4%) | 2 (5,7%) |
| Церебральная депрессия Cerebral depression | 6 (20%) | 5 (14,3%) | 2 (5,7%) |
| Внутриутробная инфекция, из них Intrauterine infection, of theme | 9* (30%) | 0 (0) | 1 (2,8%) |
| Внутриутробная пневмония Intrauterine pneumonia | |||
| Геморрагические проявления / Hemorrhagic manifestations: | 11 (36,7%) | 6 (14,3%) | 7 (20%) |
| Кровоизлияние в кожу / Hemorrhages in the skin | |||
| Внутрижелудочковое кровоизлияние Intraventricular hemorrhage | |||
| Кровоизлияние в надпочечник / Hemorrhages in the adrenal gland | |||
| Неонатальная желтуха Neonatal icterus | 8 / 2 / 11 / 5 / 0 | 2 / 5 / 0 / 0 / 0 | 5 / 0 / 0 / 0 / 0 |
| Родовая травма (кефалогематома) Birth injury (cephalohematoma) | 2 (6,7%) | 3 (8,5%) | 4 (11,4%) |
| Переводы Transfers | 1 (3,3%) | 4 (11,4%) | 2 (5,7%) |
p < 0,05 при сравнении с группой 1 / p < 0.05 when compared with group 1.
p < 0,05 при сравнении с группой 3, подгруппами 2А и 2Б / p < 0.05 when compared with group 3, subgroups 2А и 2Б.
Источник: разработано автором / Source: developed by the author.
| 1 группа 1 Group (n = 28) | 2 группа / 2 Group 2А (n = 27) | 2Б (n = 28) | 2В (n = 24) | 3 группа 3 Group (n = 23) | |
|---|---|---|---|---|---|
| Норма / Norm | 18 (64,3%) | 14 (51,9%) | 15 (53,6%) | 22 (91,7%) | 19 (82,6%) |
| Признаки незрелости ЦНС / Signs of central nervous system immaturity | 0 | 0 | 0 | 0 | 2 (8,7%) |
| Повышение резистентности мозговых сосудов / Increased resistance of cerebral vessels | 6* (21,4%) | 7* (25,9%) | 5 (17,9%) | 0 | 2 (8,7%) |
| Ишемия мозга / Brain ischemia | 0 | 0 | 3 (10,7%) | 0 | 0 |
| Асимметрия латеральных желудочков / Asymmetry of the lateral ventricles | 1 (3,6%) | 0 | 0 | 2 (8,3%) | 0 |
| Внутрижелудочковое кровоизлияние / Intraventricular hemorrhage | 2 (7,1%) | 5 (18,5%) | 5 (17,9%) | 0 | 0 |
| Субэпидемиальная киста / Subependymal cyst | 1 (3,6%) | 0 | 0 | 0 | 0 |
| Ангиопатии / Angiopathy | 0 | 1 (3,7%) | 0 | 0 | 0 |
p < 0,05 при сравнении с подгруппой 2В / p < 0.05 when compared with subgroup 2В
| pH | pCO₂ мм рт. ст./ mmHg Art. | pO₂ мм рт. ст./ mmHg Ar. | глюкоза, моль/л glucose, mmol/l | лактат, моль/л lactate, mmol/l | BE, моль/л mmol/l | HCO₃ моль/л mmol/l | |
|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 группа / 1 Group (n = 24) | |||||||
| артерия/artery | 7,22 ± 0,05 | 45,1 ± 11,0 | 15,9 ± 5,1 | 2,9 ± 0,6 | 5,1 ± 1,4 | -7,5 ± 2,3 | 16,6 ± 1,4 |
| вена/vein | 7,28 ± 0,03 | 34,3 ± 7,5 | 24,2 ± 5,9 | 3,0 ± 0,5 | 4,9 ± 1,5 | -6,2 ± 2,7 | 18,4 ± 1,6 |
| 2А (n = 27) | |||||||
| артерия/artery | 7,26 ± 0,06 | 49,0 ± 10,4 | 15,8 ± 4,5 | 3,1 ± 0,4 | 4,5 ± 1,8 | -4,5 ± 3,3 | 18,5 ± 1,9 |
| вена/vein | 7,29 ± 0,03 | 35,4 ± 8,5 | 23,8 ± 6,4 | 2,9 ± 0,5 | 3,8 ± 1,4 | -6,0 ± 2,1 | 18,9 ± 1,5 |
| 2Б (n = 28) | |||||||
| артерия/artery | 7,26 ± 0,05 | 50,2 ± 9,5 | 15,0 ± 4,1 | 3,5 ± 0,6 | 4,0 ± 1,7 | -4,7 ± 2,1 | 18,3 ± 2,0 |
| вена/vein | 7,31 ± 0,05 | 40,4 ± 6,9 | 28,8 ± 5,8 | 3,4 ± 0,5 | 4,0 ± 1,9 | -5,2 ± 2,3 | 18,9 ± 1,8 |
| 2В | |||||||
| артерия/artery | 7,33 ± 0,02 | 44,1 ± 8,2 | 18,7 ± 4,0 | 3,9 ± 0,2 | 2,8 ± 1,1 | -2,4 ± 1,2 | 20,2 ± 1,5 |
| вена/vein | 7,35 ± 0,03 | 42,1 ± 6,7 | 29,6 ± 5,5 | 4,1 ± 0,4 | 2,3 ± 1,4 | -3,7 ± 1,8 | 21,7 ± 1,7 |
| 3 группа / 3 Group (n = 26) | |||||||
| артерия/artery | 7,31 ± 0,05 | 47,6 ± 11,6 | 18,9 ± 4,3 | 4,08 ± 0,5 | 3,0 ± 1,03 | -2,7 ± 2,3 | 19,6 ± 1,5 |
| вена/vein | 7,37 ± 0,04 | 34,9 ± 6,8 | 30,5 ± 6,4 | 4,88 ± 0,5 | 3,0 ± 1,03 | -4,3 ± 2,3 | 20,4 ± 1,6 |
Jones L, Othman M, Dowswell T. et al. Pain management for women in labour: an overview of systematic reviews. The Cochrane database of systematic reviews. 2012; 3: CD009234.
Nanji J.A., Carvalho B. Pain management during labor and vaginal birth. Best practice & research. Clinical Obstetrics & Gynaecology. 2020; 67: 100–112.
Scarth E., Smith S. Drugs in anaesthesia and intensive care. 5th ed. Oxford UK: Oxford University Press, 2016. 390 p.
Ullman R., Smith L.A., Burns E. et al. Parenteral opioids for maternal pain relief in labour. The Cochrane database of systematic reviews. 2010; 9: CD007396.
Capogna G. Epidural labor analgesia. Switzerland: Springer editor, 2015. 331 p.
Clark V., Van de Velde M., Fernando R. Oxford textbook of obstetric anaesthesia. Oxford UK: Oxford university press, 2016. 1072 p.
Zondag D.C., Gross M.M., Grykla-Baeschlin S. et al. The dynamics of epidural and opioid analgesia during labour. Archives of Gynecology and Obstetrics. 2016; 5 (294): 967–977.
Sng B.L., Kwok S.C., Sia A.T. Modern neuraxial labour analgesia. Current opinion anaesthesiology. 2015; 3 (28): 285–289.
Hasegawa J., Farina A., Turchi G. et al. Effects of epidural analgesia on labor length, instrumental delivery, and neonatal short-term outcome. Journal of Anesthesia. 2013; 1 (27): 43–47.
Sultan P., Murphy C., Halpern S. et al. The effect of low concentrations versus high concentrations of local anesthetics for labour analgesia on obstetric and anesthetic outcomes: a meta-analysis. Canadian Journal of Anaesthesia. 2013; 9 (60): 840–854.
Hanson B., Matouskova-Hanson A. Continuous epidural analgesia for vaginal delivery in Sweden. Report of a nationwide inquiry. Acta Anaesthesiologica Scandinavica. 1985; 7 (29): 712–715.
George R.B., Allen T.K., Habib A.S. Intermittent epidural bolus compared with continuous epidural infusions for labor analgesia: A systematic review and meta-analysis. Anesthesia and Analgesia. 2013; 1 (116): 133–144.
Onuoha O.C. Epidural Analgesia for Labor: Continuous Infusion Versus Programmed Intermittent Bolus. Anesthesiology Clinics. 2017; 1 (35): 1–14.
Xu J., Zhou J., Xiao H. et al. A Systematic Review and Meta-Analysis Comparing Programmed Intermittent Bolus and Continuous Infusion as the Background Infusion for Parturient-Controlled Epidural Analgesia. Scientific Reports. 2019; 1 (9): 2583.
Briner A., De Roo M., Dayer A. et al. Volatile anesthetics rapidly increase dendritic spine density in the rat medial pre-frontal cortex during synaptogenesis. Anesthesiology. 2010; 3 (112): 546–556.
Head B.P., Patel H.H., Niesman I.R. et al. Inhibition of p75 neurotrophin receptor attenuates isoflurane-mediated neuronal apoptosis in the neonatal central nervous system. Anesthesiology. 2009; 4 (110): 813–825.
Yang T., Zhuang L., Rei Fidalgo A.M. et al. Xenon and sevoflurane provide analgesia during labor and fetal brain protection in a perinatal rat model of hypoxia-ischemia. PLoS One. 2012; 5 (7): e37020.
Вклад авторов. И.И. Бочарова: разработка концепции и дизайна статьи; С.В. Новикова: проверка и редактирование текста рукописи; Е.Ю. Упрямова: сбор клинического материала, проверка текста рукописи; А.А. Якубина: сбор клинического материала, статистическая обработка, анализ и интерпретация данных, написание текста рукописи.
Authors contributions. I.I. Bocharova: concept idea and design article; S.V. Novikova: checking and editing the manuscript text; E. Yu. Upryamova: collection of clinical material, checking the manuscript text; A.A. Yakubina: collection of clinical material, statistical processing, analysis and interpretation of data, drafting the manuscript.
Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.
Conflict of interest. The authors declare the absence of obvious and potential conflicts of interest related to the publication of this article.
Финансирование. Исследование проведено без спонсорской поддержки.
Financing. The study was performed without external funding.
Этическое утверждение. Исследование проводилось при добровольном информированном согласии законных представителей пациентов и самих пациентов.
Ethics approval. The study was conducted with the informed consent of the legal representatives of the patients and the patients themselves.
Статья поступила: 11.10.2023. Принята к публикации: 20.11.2023.
Article received: 11.10.2023. Accepted for publication: 20.11.2023.
Бочарова Ирина Ивановна, д.м.н., профессор, ведущий научный сотрудник отделения неонатологии, кафедра акушерства и гинекологии факультета усовершенствования врачей ГБУЗ МО «МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского». Адрес: 129110, Российская Федерация, г. Москва, ул. Щепкина, д. 61/2. Телефон: +7(495) 623-70-66. E-mail: 567891@mail.ru. ORCID: 0000-0002-5486-9794.
Новикова Светлана Викторовна, д.м.н., профессор, руководитель отделения координации НИР и издательской деятельности, кафедра акушерства и гинекологии факультета усовершенствования врачей ГБУЗ МО «МОНИКИ имени М.Ф. Владимирского». Адрес: 129110, Российская Федерация, г. Москва, ул. Щепкина, д. 61/2. Телефон: +7 (499) 674-07-09.
Упрямова Екатерина Юрьевна, д.м.н., заведующая отделением анестезиологии и реанимации № 1 ФГБНУ «НИИ акушерства, гинекологии и репродуктологии имени Д.О. Отта». Адрес: 199034, Российская Федерация, г. Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д. 3. ORCID: 0000-0002-70572149.
Якубина Анна Александровна, младший научный сотрудник отделения неонатологии*. ORCID: 0000-0002-6246-5546.
Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Московский областной научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии». Адрес: 101000, Российская Федерация, г. Москва, ул. Покровка, д. 22А. Телефон: +7(495) 625-08-52. E-mail: moniiag.ru.
Bocharova Irina Ivanovna, MD, Professor, leading researcher, Professor of Departament of obstetrics and gynecology, Faculty of Modernization of Physicians of State budget institution of the Moscow region «Moscow Regional Research Clinical Institute named after M.F. Vladimirsky». Address: 61/2, Shchepkina street, Moscow, Russian Federation, 129110. Phone: +7(495) 623-70-66. ORCID: 0000-0002-5486-9794.
Novikova Svetlana Viktorovna, MD, Professor, Head of the Departament for Coordination, Professor of Departament of obstetrics and gynecology, Faculty of Modernization of Physicians of State budget institution of the Moscow region «Moscow Regional Research Clinical Institute named after M.F. Vladimirsky». Address: 61/2, Shchepkina street, Moscow, Russian Federation, 129110. ORCID: 0000-0001-73030268.
Upryamova Ekaterina Yur’yevna, MD, Head of the Departament of Anesthesiology and Reanimation № 1 of Federal State Budgetary Scientific Institution «Research Institute of Obstetrics, Gynecology and reproduktology named after D.O. Ott». Address: 3, Mendeleev line, Saint Petersburg, Russian Federation, 199034. ORCID: 0000-0002-7057-2149.
Yakubina Anna Aleksandrovna, Junior Researcher. ORCID: 0000-0002-6246-5546.
State budgetary healthcare institution of the Moscow region «Moscow Regional Research Institute of Obstetrics and Gynecology». Address: 101000, Russian Federation, Moscow, st. Pokrovka, 22A. Phone: +7(495) 625-08-52. E-mail: moniiag.ru.