• Home
  • Гиперурикемия у мужчин и женщин в зависимости от индекса массы тела. Бурляева Е.А., Оганесянц Е.Л., Прунцева Т.А. и соавт.

Гиперурикемия у мужчин и женщин в зависимости от индекса массы тела. Бурляева Е.А., Оганесянц Е.Л., Прунцева Т.А. и соавт.

Гиперурикемия у мужчин и женщин в зависимости от индекса массы тела

УДК 796 796.015:642 

DOI 10.64831/2619-0001.2022.1.176164

Е.А. Бурляева, к.м.н., Е.Л. Оганесянц, Т.А. Прунцева, Т.Н. Короткова, к.м.н., М.М. Семенов

ФГБУН «Федеральный исследовательский центр питания, биотехнологии и безопасности пищи», г. Москва, Россия

РЕЗЮМЕ Гиперурикемия является фактором, имеющим связь с развитием артериальной гипертензии, хронической сердечной недостаточности (ХСН), метаболического синдрома (МС), хронической болезни почек (ХБП), сахарного диабета, неалкогольной жировой болезнью печени. В данном исследовании изучены показатели мочевой кислоты у пациентов в зависимости от индекса массы тела с целью выявления маркеров рисков развития неинфекционных заболеваний.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: ГИПЕРУРИКЕМИЯ, МОЧЕВАЯ КИСЛОТА, ОЖИРЕНИЕ, ИЗБЫТОЧНАЯ МАССА ТЕЛА, НЕИНФЕКЦИОННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ: Бурляева Е.А., Оганесянц Е.Л., Прунцева Т.А. и соавт. Гиперурикемия у мужчин и женщин в зависимости от индекса массы тела. Медицинский оппонент. 2022; 1 (17): 61–64.

UDC 796 796.015:642

Hyperuricemia in Men and Women Dependent on Body Mass Index

E.A. Burlyaeva, E.L. Oganesyants, T.A. Prunceva, T.N. Korotkova, M.M. Semenov

Federal Research Centre of Nutrition, Biotechnology and Food Safety, Moscow, Russia

SUMMARY Hyperuricemia is a factor associated with the development of diseases such as arterial hypertension, chronic heart failure, metabolic syndrome, chronic kidney disease, diabetes, non-alcoholic fatty liver disease. The aim of the work was to study the indicators of uric acid in patients depending on the body mass index in order to identify risk markers for the development of non-communicable diseases.

KEYWORDS: HYPERURICEMIA, URIC ACID, OBESITY, OVERWEIGHT, NONCOMMUNICABLE DISEASES

FOR CITATION: Burlyaeva E.A., Oganesyants E.L., Prunceva T.A. et al. Hyperuricemia in men and women dependent on body mass index. Meditsinskiy opponent = Medical Opponent. 2022; 1 (17): 61–64.

Введение

Мочевая кислота (МК) является конечным ферментативным продуктом пуринового обмена [1]. В литературе встречаются данные о том, что повышенный уровень МК (гиперурикемия) может быть связан с метаболическим синдромом [2–5] и является предиктором риска сердечно-сосудистых заболеваний, приводящих к эндотелиальной дисфункции.

Гиперурикемия — клинический симптом. Проявляется повышенным уровнем мочевой кислоты в сыворотке. Также это один из факторов, имеющих связь с развитием таких заболеваний, как артериальная гипертензия, хроническая сердечная недостаточность, метаболический синдром, хроническая болезнь почек, сахарный диабет, неалкогольная жировая болезнь печени [6–11]. Гиперурикемия возникает из-за избыточного образования уратов или нарушения их выведения через почки и желудочно-кишечный тракт. Считается предвестником подагрического артрита, поскольку отложение кристаллов уратов в суставах связано с воспалительной реакцией в организме. Далее это может привести к образованию тофусов. Подагра также является фактором риска развития сердечной недостаточности и метаболического синдрома, и острые приступы подагры еще больше осложняют эти заболевания. Подагра приводит к хронической боли в суставах, их эрозии, травмам и формированию узелков, которые подвержены инфицированию.

В исследованиях наличие метаболического синдрома и его компонентов (сахарного диабета, гипертонии, гипертриглицеридемии) связано с повышенным уровнем мочевой кислоты [12, 13]. При этом критерии проявления СМ коррелировали с уровнями МК [14]. По данным исследований, вероятность развития метаболического синдрома оценивается выше в популяции с более высоким значением мочевой кислоты. Кроме того, показатели МК у пациентов положительно коррелируют с риском развития ожирения [15]. Высказано предположение, что гиперурикемия может ускорять печеночный и периферический липогенез и вызывать ожирение [16]. По некоторым данным, последнее способно изменять клиническую картину подагры, что проявляется более ранним началом и большим числом пораженных суставов [17]. В настоящее время ожирение, гиперурикемия и сопутствующие им метаболический синдром и сердечно-сосудистые заболевания вызывают серьезную озабоченность в области общественного здравоохранения в международном сообществе из-за их высокой распространенности и последствий для здоровья.

Цель работы — изучение показателей мочевой кислоты у пациентов в зависимости от индекса массы тела с целью выявления маркеров рисков развития неинфекционных болезней.

Пациенты и методы

В исследовании проанализированы данные 276 пациентов. На основании половых различий были сформированы две группы. В первую были включены данные 110 мужчин в возрасте 41,1 (±11,6) года, во вторую — 166 женщин в возрасте 44,5 (±12,0) года. Критериями исключения являлись показатели индекса массы тела (ИМТ, <18,5 кг/м²), наличие онкологических заболеваний.

Измерение антропометрических показателей проводили по стандартным методикам: длину тела (ДТ) измеряли на ростомере BSM370 (InBody, Южная Корея) с точностью до 0,5 см, массу тела (МТ) определяли с точностью до 0,1 кг во время биоимпедансного анализа состава тела. Соответствие между МТ и ДТ оценивали по показателю ИМТ, который рассчитывали по формуле: ИМТ = МТ, кг / ДТ, м². Для оценки нормальной и избыточной массы тела и ожирения использована классификация Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ, 2004).

Статистическую обработку данных выполняли с применением программы MS Excel 2007 и Statistica 10. Нормальность распределения признаков оценивали по абсолютным значениям и стандартной ошибке асимметрии и эксцесса. Данные представлены в формате М ± σ, где М — среднее арифметическое, σ — стандартное отклонение; медианные значения (Ме), минимальное и максимальное значения (min, max).

Результаты и их обсуждение

Согласно результатам исследования, более 85% мужчин с различной степенью ожирения имели повышенные уровни МК (рис. 1). У пациентов с ожирением III степени гиперурикемия встречалась в 95% случаев, с нормальной и избыточной массой тела — более чем в 50%. Однако величина выборки не позволяет оценивать эти данные как объективные.

В группе женщин гиперурикемия имела тенденцию к увеличению пропорционально повышению ИМТ (рис. 2). У пациенток с избыточной массой тела повышенный уровень мочевой кислоты был определен в 12% случаев, с ожирением I степени — в 29%, II степени — в 43%, III степени — в 73%.

В проведенном исследовании частота встречаемости повышенных уровней МК была выше у мужчин, чем у женщин. Это согласуется с представлениями о гиперурикемии [18, 19].

Частота гиперурикемии составила 58,7%, что существенно выше уровня распространенности, описываемого в научной литературе, который колеблется от 2,6 до 36% в различных группах населения [20]. Такие показатели связаны с тем, что в нашем исследовании более 95% пациентов имели избыточную массу тела или ожирение различной степени выраженности. Однако у мужчин с нормальной и избыточной массой тела в большом проценте случаев можно ожидать наличие гиперурикемии.

Как известно, основной причиной ожирения в большинстве случаев является преобладание потребления энергии с пищей над суточными энерготратами. Как следствие, избыточное потребление пищевой продукции в целом приводит к увеличенному поступлению в организм отдельных веществ. Популярные диеты, направленные на снижение массы тела, предполагают увеличение в рационе продуктов, богатых пуринами, что наравне с другими дисбалансами может приводить к увеличению сывороточного показателя мочевой кислоты [21]. Таким образом, у пациентов с ожирением на метаболизм пуринов могут оказывать влияние пищевые привычки. Это преобладание в рационе жирной и богатой пуринами пищи, употребление алкоголя и продуктов, содержащих фруктозу [22]. Несмотря на тот факт, что избыточное потребление пуринов значительно повышает риск развития гиперурикемии, взаимосвязь между этим клиническим симптомом и ожирением не ограничивается пищевыми привычками, так как избыточный вес часто ассоциирован с инсулинорезистентностью (ИР) и повышением продукции лептина, снижающего выведение МК. Сопряженная с ИР гиперинсулинемия уменьшает почечную экскрецию МК, приводя к гиперурикемии [23].

В настоящее время нет данных, доказывающих необходимость проведения лекарственной терапии бессимптомной гиперурикемии. В таких случаях целесообразны коррекция пищевого рациона и образа жизни пациента. Это снижение массы тела до нормальных значений, диета с ограничением пуринов животного происхождения, уменьшение приема алкоголя, особенно пива. Известно, что ограничение в рационе богатых пуринами продуктов животного происхождения и снижение массы тела способствуют сокращению сывороточного уровня МК [24–29]. Диета, обогащенная молочной продукцией с низким содержанием жира, приводит к уменьшению сывороточного уровня мочевой кислоты.

Выводы

Полученные показатели свидетельствуют о том, что при выявлении у пациентов избыточной массы тела или ожирения в перечень исследований биохимических показателей сыворотки следует включать определение уровня мочевой кислоты. При обнаружении гиперурикемии необходимо рекомендовать диету, направленную на снижение массы тела до нормальных значений. Важно при этом исключить алкоголь, ограничить потребление богатых пуринами продуктов животного происхождения за счет включения в рацион молочной продукции с низким содержанием жира.

У мужчин с нормальной и избыточной массой тела и у женщин с нормальной массой тела необходимо проведение дополнительных исследований для выявления распространенности гиперурикемии с целью ранней диагностики рисков развития неинфекционных заболеваний.

Литература/References

  1. Aktas G., Kocak M.Z., Bilgin S. et al. Uric acid to HDL cholesterol ratio is a strong predictor of diabetic control in men with type 2 diabetes mellitus. Aging Male. 2021; 23 (5): 1098–1102.

  2. Chiou W.K., Wang M.H., Huang D.H. et al. The relationship between serum uric acid level and metabolic syndrome: Differences by sex and age in Taiwanese. Journal of Epidemiology. 2010; 20 (3): 219–224.

  3. Li Y., Chen S., Shao X. et al. Association of uric acid with metabolic syndrome in men, premenopausal women and postmenopausal women. International Journal of Environmental Research and Public Health. 2014; 11 (3): 2899–2910.

  4. Nejatinamini S., Ataie-Jafari A., Qorbani M. et al. Association between serum uric acid level and metabolic syndrome components. Journal of Diabetes and Metabolic Disorders. 2015; 14 (1): 1–7.

  5. Sui X., Church T.S., Meriwether R.A. et al. Uric acid and the development of metabolic syndrome in women and men. Metabolism: Clinical and Experimental. 2008; 57 (6): 845–852.

  6. Barassi A., Corsi Romanelli M.M., Pezzilli R. et al. Levels of uric acid in erectile dysfunction of different aetiology. Aging Male. 2018; 21 (3): 200–205.

  7. Chen M.Y., Zhao C.C., Li T.T. et al. Serum uric acid levels are associated with obesity but not cardio-cerebrovascular events in Chinese inpatients with type 2 diabetes. Scientific Reports. 2017; 7: 1–8.

  8. Kim T., Lee S., Yoo J. et al. The relationship between the regional abdominal adipose tissue distribution and the serum uric acid levels in people with type 2 diabetes mellitus. Diabetology and Metabolic Syndrome. 2012; 4 (1): 1–7.

  9. Recently B. Association between serum uric acid and different states of chronic liver disease in the United States. 2010. 123 (21): 3118–3122.

  10. Shih M.H., Lazo M., Liu S.H. et al. Association between serum uric acid and nonalcoholic fatty liver disease in the US population. Journal of the Formosan Medical Association. 2015; 114 (4): 314–320.

  11. Молчанова О.В., Бритов А.Н., Платонова Е.В. Значение повышенного уровня мочевой кислоты в развитии и профилактике хронических неинфекционных заболеваний. Профилактическая медицина. 2020; 23 (2): 102–108. [Molchanova O.V., Britov A.N., Platonova E.V. Importance of elevated uric acid levels in the development and prevention of chronic noncommunicable diseases. The Russian Journal of Preventive Medicine. 2020; 23 (2): 102–108. (In Russ.)].

  12. Chang J.B., Chen Y.L., Hung Y.J. et al. The role of uric acid for predicting future metabolic syndrome and type 2 diabetes in older people. Journal of Nutrition, Health and Aging. 2017; 21 (3): 329–335.

  13. Sundström J., Sullivan L., D’Agostino R.B. et al. Relations of serum uric acid to longitudinal blood pressure tracking and hypertension incidence. Hypertension. 2005; 45 (1): 28–33.

  14. Nakanishi N., Suzuki K., Tatara K. Alcohol consumption and risk for development of impaired fasting glucose or type 2 diabetes in middle-aged Japanese men. Diabetes Care. 2003; 26 (1): 48–54.

  15. Chu F.Y., Chang C.C., Huang P.H. et al. The association of uric acid calculi with obesity, prediabetes, type 2 diabetes mellitus, and hypertension. BioMed Research International. 2017; 2017.

  16. Kizilay D.Ö., Şen S., Ersoy B. Associations between serum uric acid concentrations and cardiometabolic risk and renal injury in obese and overweight children. JCRPE. Journal of Clinical Research in Pediatric Endocrinology. 2019; 11 (3): 262–269.

  17. Паневич Т.С., Елисеев М.С., Шестакова М.В. Влияние хирургического лечения ожирения на пуриновый обмен и подагру. Ожирение и метаболизм. 2020; 17 (2): 138–146. [Panevin T.S., Eliseev M.S., Shestakova M.V. The effect of bariatric surgery on purine metabolism and gout. Obesity and Metabolism. 2020; 17 (2): 138–146. (In Russ.)].

  18. Duan Y., Liang W., Zhu L. et al. Asociacion entre la concentracion de acido urico en suero y la obesidad entre los estudiantes universitarios (China). Nutrition Hospitalaria. 2015; 31 (6): 2407–2411.

  19. Yang C., Yang S., Feng C. et al. Associations of hyperuricemia and obesity with remission of nonalcoholic fatty liver disease among Chinese men: a retrospective cohort study. PLoS One. 2018; 13 (2): 1–12.

  20. Uaratanaowong S., Suraamornkul S., Angkeaw S., Uaratanaowong R. Prevalence of hyperuricemia in Bangkok population. Clinical Rheumatology. 2011; 30 (7): 887–893.

  21. Коденцова В.М., Рисник Д.В., Ладодо О.Б. Потребление витаминов: вклад отдельных пищевых продуктов и последствия различных диет. Медицинский оппонент. 2021; 1 (13): 48–56. [Kodentsova V.M., Risnik D.V., Ladodo O.B. Vitamin consumption: contributions of separate products and effects of different diets. Meditsinskiy opponent = Medical Opponent. 2021; 1 (13): 48–56. (In Russ.)].

  22. Choi H.K., Ford E.S. Prevalence of the metabolic syndrome in individuals with hyperuricemia. American Journal of Medicine. 2007; 120 (5): 442–447.

  23. Li C., Hsieh M. C., Chang S.J. Metabolic syndrome, diabetes, and hyperuricemia. Current Opinion in Rheumatology. 2013; 25 (2): 210–216.

  24. Sivera F., Andres M., Carmona L. et al. Multinational evidence based recommendations for the diagnosis and management of gout: integrating systematic literature review and expert opinion of a broad panel of rheumatologists in the 3e initiative. Ann. Rheum. Dis. 2014; 73 (2): 328–35.

  25. Dessein P.H., Shipton E.A., Stanwix A.E. et al. Beneficial effects of weight loss associated with moderate calorie/carbohydrate restriction, and increased proportional intake of protein and unsaturated fat on serum urate and lipoprotein levels in gout: a pilot study. Ann. Rheum. Dis. 2000; 59: 539–43.

  26. Kullich W., Ulreich A., Klein G. Changes in uric acid and blood lipids in patients with asymptomatic hyperuricemia treated with diet therapy in a rehabilitation procedure [in German]. Rehabilitation. 1989; 28: 134–7.

  27. Choi H.K., Atkinson K., Karlson E.W. et al. Alcohol intake and risk of incident gout in men: a prospective study. Lancet. 2004; 363: 1277–81.

  28. Choi H.K., Atkinson K., Karlson E.W. et al. Purine-rich foods, daily and protein intake, and the risk of gout in men. N. Engl. J. Med. 2004; 350: 1093–103.

  29. Dalbeth N., Ames R., Gamble G.D. et al. Effects of skim milk powder enriched with glycomacropeptide and G600 milk fat extract on frequency of gout flares: a proof-of-concept randomized controlled trial. Ann. Rheum. Dis. 2012; 71 (6): 929–934.

Вклад авторов. Е.А. Бурляева, Е.Л. Оганесянц, Т.А. Прунцева, Т.Н. Короткова, М.М. Семенов: разработка дизайна исследования, получение данных для анализа, обзор публикаций по теме статьи, статистический анализ полученных данных, написание текста рукописи.

Authors contributions. E.A. Burlyaeva, E.L. Oganesyants, T.A. Prunceva, T.N. Korotkova, M.M. Semenov: developing of research design, obtaining data for analysis, reviewing publications on the topic of the article, statistical analysis of the obtained data, article writing.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest.

Финансирование. Научно-исследовательская работа проведена за счет средств субсидии на выполнение государственного задания в рамках программы поисковых научных исследований (тема № 0410-2020-0004).
Financing. Research was carried out at the expense of subsidies for the implementation of a state task within the framework of the exploratory research program (topic № 0410-2020-0004).

Статья поступила: 25.01.2022.
Принята к публикации: 28.02.2022.
Article received: 25.01.2022.
Accepted for publication: 28.02.2022.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Бурляева Екатерина Александровна, к.м.н., заведующая консультативно-диагностическим центром «Здоровое и спортивное питание»*. ORCID: 0000-0001-9290-0185.

Оганесянц Екатерина Львовна, младший научный сотрудник лаборатории пищевых биотехнологий и специализированных продуктов*. ORCID: 0000-0002-8134-6964.

Прунцева Тамара Александровна, врач-терапевт консультативно-диагностического центра «Здоровое и спортивное питание»*. ORCID: 0000-0001-6943-8519.

Короткова Татьяна Николаевна, к.м.н., заведующая лабораторией клинической биохимии, аллергологии и иммунологии*. ORCID: 0000-0002-3684-9992.

Семенов Мурадин Мудалифович, научный сотрудник лаборатории спортивной антропологии и нутрициологии*. ORCID: 0000-0001-8039-529X.

  • Федеральный исследовательский центр питания, биотехнологии и безопасности пищи. Адрес: 109240, г. Москва, Устьинский проезд, д. 2/14. Телефон: +7 (495) 698-53-60. E-mail: mailbox@ion.ru.

AUTHORS INFORMATION

Burlyaeva Ekaterina Aleksandrovna, PhD, Head of Consulting and Diagnostic Center «Healthy and Sports Nutrition»*. ORCID: 0000-0001-9290-0185.

Oganesyants Ekaterina Lvovna, Junior Research Associate at the Laboratory of Food Biotechnology and Specialized Products*. ORCID: 0000-0002-8134-6964.

Pruntseva Tamara Aleksandrovna, General Practitioner at the Consulting and Diagnostic Center «Healthy and Sports Nutrition»*. ORCID: 0000-0001-6943-8519.

Korotkova Tatiana Nikolayevna, PhD, Head of Clinical Biochemistry, Allergology and Immunology Laboratory*. ORCID: 0000-0002-3684-9992.

Semenov Muradin Mudalifovich, Researcher at the Laboratory of Sports Anthropology and Nutritiology*. ORCID: 0000-0001-8039-529X.

  • Federal Research Center for Nutrition, Biotechnology and Food Safety. Address: 2/14 Ustyinsky proezd, Moscow, 109240. Phone: +7 (495) 698-53-60. E-mail: mailbox@ion.ru.