УДК 612.647-618.43
DOI: 10.64831/2619-0001.2022.2.181621
А.В. Евграфова¹, М.Ю. Высоких¹,², к.б.н., доцент, М.В. Марей¹, Л.А. Манухова¹, Н.Н. Шкавро¹, к.с.-х.н., А.М. Приходько¹, к.м.н., Е.В. Хомякова¹, О.Р. Баев¹,³, д.м.н., профессор
¹ ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В.И. Кулакова» Министерства здравоохранения Российской Федерации, г. Москва, Россия
² Научно-исследовательский институт физико-химической биологии имени А.Н. Белозерского МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия
³ ФГАОУ ВО «Первый московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова» (Сеченовский университет) Министерства здравоохранения РФ, г. Москва, Россия
РЕЗЮМЕ. Цель данной работы заключалась в определении содержания белков теплового шока (Hsp70) и фермента глутатионредуктазы в экзосомальной фракции периферической крови рожениц в латентную и активную фазы первого периода неосложненных родов и при гипоксии плода (ГП). В проспективное исследование были включены 145 пациенток и их новорожденных детей. В контрольную группу неосложненных родов вошло 100 наблюдений, в основную (гипоксия плода) — 45. В работе выявлены динамические изменения содержания белков теплового шока и глутатионредуктазы экзосомальной фракции плазмы крови рожениц при развитии острой ГП. Уровень Hsp70 значительно снижается с течением первого периода родов как в основной группе, так и в контрольной. Он не зависит от наличия гипоксии плода в родах. Содержание глутатионредуктазы в плацентарных экзосомах периферической крови рожениц не меняется в первом периоде родов. Однако этот показатель значимо выше у женщин с гипоксией плода.
UDC 612.647-618.43 Significance of Determination of Protein Components of the Exosomal Blood Fraction in Women in Labor with Physiological and Complicated Fetal Hypoxia
А.У. Evgrafova¹, M.Yu. Vysokikh¹,², M.V. Marey¹, L.A. Manukhova¹, N.N. Shkavro¹, A.M. Prikhodko¹, E.V. Khomyakova¹, O.R. Baev¹,³
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: ГИПОКСИЯ ПЛОДА, ЭКЗОСОМЫ, БЕЛКИ ТЕПЛОВОГО ШОКА, HSP70, ГЛУТАТИОНРЕДУКТАЗА, GSR
ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ: Евграфова А.В., Высоких М.Ю., Марей М.В. и соавт. Значение определения белковых компонентов экзосомальной фракции крови рожениц при физиологических и осложненных гипоксией плода родах. Медицинский оппонент. 2022; 2 (18): 16–21.
3 First Moscow State Medical University named after I.M. Sechenov (Sechenov University), Ministry of Health of the Russian Federation, Moscow, Russia
SUMMARY. The aim of the study was to determine the content of heat shock proteins (Hsp70) and glutathione reductase enzyme in the exosomal fraction of the peripheral blood of laboring women during the latent and active phases of the first period of labor in uncomplicated labor and fetal hypoxia. 145 patients and their newborn infants were inrolled in the prospective study. Umbilical arterial blood pH below 7,12 and a BE deficiency > 12,4 were diagnostic criteria for the hypoxia. The control group of uncomplicated labor included 100 cases, and the main group (fetal hypoxia) included 45 cases. Abnormal and doubtful type CTG was signific antlly more common in the main group, which was combined with an increased frequency of operative delivery, lower Apgar scores, decreased pH, pO2, elevated bases deficiency, lactate and pCO2. Although Hsp70 levels in placental peripheral.
KEYWORDS: FETAL HYPOXIA, EXOSOMES, HEAT SHOCK PROTEINS, HSP70, GLUTATHIONE REDUCTASE, GSR
FOR CITATION: Evgrafova A.V., Vysokikh M.Yu., Marey M.V. et al. Significance of determination of protein components of the exosomal blood fraction in women in labor with physiological and complicated fetal hypoxia. Meditsinskiiy opponent = Medical Opponent. 2022; 2 (18): 16–21.
В настоящее время проблема интранатальной гипоксии плода остается крайне актуальной, несмотря на улучшение акушерской помощи и совершенствование комплекса мероприятий, проводимых в родильном зале [1, 2]. В связи с развитием новых аналитических подходов одним из новых направлений своевременной диагностики ГП в родах могло бы стать определение содержания и состава микровезикулярной фракции периферической крови матери [3].
Одним из типов микровезикул плазмы крови, которые представляют практический интерес, являются экзосомы — секретируемые клетками липидные сферы размером от 30 до 100 нм, происходящие из внутриклеточных многозвенных мембранных структур. Их содержимое зависит в первую очередь от их происхождения и способа секреции [4]. Существует гипотеза, что как локальная, так и дистантная межклеточная коммуникация с помощью экзосом является одним из необходимых регуляторных компонентов на всех этапах развития беременности и в норме, и при патологии. Особенности секретома плазмы крови беременных — наличие экзосом плацентарного происхождения, появляющихся в периферическом кровотоке матери уже на сроке 7 недель беременности. Их концентрация возрастает на всем ее протяжении [5]. Экзосомы плацентарного происхождения, образуемые синцитиотрофобластом, отличаются от других наличием ряда специфических белков. Среди них — щелочная фосфатаза плацентарного типа (PLAP) [6], которая не обнаруживается вне беременности [7], и HLA-G (концентрация меняется в зависимости от срока гестации) [8]. Кроме того, показано участие экзосом в индукции перестройки спиральных артерий, определяющей успешность формирования сосудистого дерева и развития плаценты для обеспечения адекватного газообмена и трофической функции. Кроме того, в ряде исследований была установлена обратная зависимость между концентрацией кислорода и количеством, а также качественным составом экзосом, секретируемых клетками. Оказалось, что экзосомы, выделенные из питательных сред и культур, инкубированных при пониженном содержании кислорода, наиболее активно стимулируют инвазию и пролиферацию клеток вневорсинчатого трофобласта. При этом протеомный анализ выявил изменчивость их белкового профиля. А при нормально протекающей беременности была обнаружена корреляция между содержанием экзосом в периферической крови и массой плаценты, а также степенью плацентарной перфузии [9].
Hsp70 (70 kDa heat shock proteins) — семейство белков теплового шока массой 70 килодальтон. Это консервативные повсеместно экспрессируемые полипептиды, являющиеся важной частью клеточного механизма поддержания интактной структуры, обеспечивающей функциональное соответствие белков выполняемым задачам и помогающей защитить клетки от температурных и оксидативных стрессовых факторов [10]. Hsp70 также способствует трансмембранному транспорту белков, стабилизируя их в частично свернутом состоянии. Кроме того, обладает выраженными противоапоптотическими свойствами [11, 12]. С другой стороны, этот белок, оказавшись вне клетки при ее лизосе или в результате программированной клеточной гибели, выполняет функции цитокина, являясь одним из наиболее активных аларминов. Последние считаются компонентами воспалительного процесса неинфекционного генеза, так называемого стерильного воспаления [13]. Значение такого типа воспаления и самих аларминов недавно проанализировали в контексте акушерских патологий, была показана их ведущая роль при индукции преждевременных родов. В частности, высокий уровень внутриматочного Hsp70 коррелирует с неблагоприятными неонатальными исходами, не увеличивая при этом саму вероятность преждевременных родов [14].
Глутатионредуктаза представляет собой селенсодержащий фермент, который катализирует восстановление дисульфида глутатиона до сульфидрильной формы глутатиона, являющейся основным низкомолекулярным компонентом системы окислительно-восстановительного баланса клетки. Участвует в работе ансамбля антиоксидантных ферментов в условиях оксидативного стресса, в частности при реоксигенации в постишемический период [15].
В связи с этим целью исследования стало определение содержания белков теплового шока (Hsp70) и фермента глутатионредуктазы в экзосомальной фракции периферической крови рожениц в латентную и активную фазы первого периода родов для ранней диагностики гипоксии плода.
Работа проведена на базе ФГБУ «НМИЦ АГП им. В.И. Кулакова» Минздрава России. В проспективное исследование были включены 145 пациенток и их новорожденных детей. Из них 45 наблюдений вошли в основную группу (с гипоксией плода в родах). В контрольной группе (без ГП в родах) было 100 наблюдений. Исследование одобрила комиссия по этике ФГБУ «НМИЦ АГП им. В.И. Кулакова» Минздрава России.
В родах состояние плода оценивали с помощью кардиотокографии. Состояние новорожденного на 1-й и 5-й минутах жизни определяли по шкале Апгар. Диагностическим критерием гипоксии служил уровень pH ниже 7,12 (ВЕ ≥ 12,4). Это было определено как нижняя граница нормы в результате проведенного ранее исследования по оценке показателей кислотно-основного состояния артериальной пуповинной крови в группе здоровых новорожденных [15, 16].
У 21 беременной контрольной группы и 12 из группы гипоксии выявляли содержание белка теплового шока массой 70 килодальтон и глутатионредуктазы в плацентарной экзосомальной фракции материнской плазмы крови.
Забор периферической крови рожениц для определения содержания в плазме крови белков теплового шока (Hsp70) и фермента глутатионредуктазы (GSR) экзосомальной фракции крови проводили в латентную и активную фазы первого периода родов. После пробоподготовки измерение концентрации белка выполняли буретовым методом, измеряя оптическую плотность при 540 нм на спектрофотометре Smart Spec (Bio-Rad, США) и при 280 нм на спектрофотометре NanoPhotometer N60 Touch (Implen, США) по методу Бредфорда.
Забор крови с целью исследования для определения кислотно-основного состава осуществляли сразу после пережатия пуповины тремя зажимами. Между 1-м и 2-м ее пересекали. Между 2-м и 3-м зажимами производили забор крови из артерии пуповины. Определяли уровень pH, лактата (lac), дефицита оснований (BE), парциального давления кислорода (pO2) и углекислого газа (pCO2) с использованием газового анализатора ABL800 FLEX (Radiometer Medical ApS, Дания) не позднее 10 минут.
Статистическую обработку данных выполняли на индивидуальном персональном компьютере с помощью электронных таблиц Microsoft Excel и пакета программ GraphPad Prism (GraphPad Software, США).
Для параметрических данных рассчитывали среднее значение и среднеквадратичное отклонение, для непараметрических — медиану, интерквартильный размах и 95%-ный доверительный интервал. Для качественных данных определяли частоты. Различия считали значимыми при p < 0,05 для всех видов статистического анализа.
Для определения нормальности распределения использовали обобщенный тест Д’Агостино — Пирсона. Для сравнения несвязанных переменных применяли t-test (для параметрических данных) и U-критерий Манна — Уитни (для непараметрических). Для сравнения связанных переменных использовали парный t-test для параметрических данных и тест Уилкоксона (для непараметрических).
Пациентки, включенные в исследование, были сопоставимы по возрасту и сроку беременности на момент родоразрешения. Возраст женщин составил 30,7 (±5,7) года в группе гипоксии и 29,9 (±3,7) года в группе контроля (p = 0,360). Срок беременности — 39,6 (±1,0) недели в группе гипоксии и 39,6 (±1,1) недели в группе контроля (p = 0,840).
Частота родов через естественные родовые пути составила 42% (n = 42) в 1-й группе и 82% (n = 37) в 2-й, р < 0,0001. Роды закончились вакуум-экстракцией плода в 24 (n = 24) и 2% (n = 1) наблюдений, р < 0,0001, операцией кесарева сечения — в 34 (n = 34) и 16% (n = 7) наблюдений, р = 0,016. В целом частота оперативного родоразрешения была значимо выше в основной группе, тогда как самопроизвольных родов — в контрольной.
Тип КТГ в 1-й группе нормальный в 5% наблюдений, сомнительный — в 21%, патологический — в 74%. Во второй во всех наблюдениях был нормальный тип КТГ.
Средняя масса и длина тела плода значимо не различались и составляли в 1-й группе 3 382,5 (±363,8) г и 51,7 (±1,95) см, в 2-й — 3 308,4 (±378,2) г и 51,6 (±2,3) см.
Оценка новорожденного по шкале Апгар в 1-й группе была ниже, чем во второй, и составляла на 1-й минуте жизни 4,83 (3–7) против 8 (8–9), р < 0,0001. На 5-й минуте — 6,44 (5–8) против 9 (9–9), р < 0,0001. Уровень pH в артерии пуповины также был ниже в 1-й группе (6,96 (6,89–7,064) против 7,29 (7,22–7,36), р < 0,0001), а уровень лактата — выше (11,6 (10,1–14,6) против 3,9 (3,3–5,9), р < 0,0001), что сочеталось со снижением уровня pO2 (12,5 (8–16,4) против 20 (12–29,7), р < 0,0001), увеличением pCO2 (67,6 (54–83,2) против 42,9 (35,8–51,9), р < 0,0001) и дефицита оснований (17,45 (15–20,9) против 4,2 (3,6–8,2), р < 0,0001).
Результаты сравнительного анализа содержания Hsp70 в экзосомальной фракции периферической крови рожениц в латентную и активную фазы первого периода родов и в зависимости от наличия гипоксии плода в родах представлены в табл. 1.
Таблица 1. Содержание Hsp70 в экзосомальной фракции периферической крови рожениц
Table 1. Hsp70 content in the exosomal fraction of peripheral blood of women in labor
| Hsp70 (мг/мл) Hsp70 (mg/ml) | Основная группа Main group | Контрольная группа Control group | p-value |
|---|---|---|---|
| Латентная фаза Latent phase | 2,257 (± 0,8241) | 2,116 (± 1,730) | 0,7940 |
| Активная фаза Active phase | 0,953 (± 0,8437) | 0,8592 (± 0,6389) | 0,7206 |
| p-value | 0,0009 | 0,0032 |
Как видно из полученных данных, уровень Hsp70 значительно снижался в динамике первого периода как в основной группе, так и в контрольной. Тем не менее ни в латентной, ни в активной фазе первого периода родов не было значимых различий в зависимости от наличия гипоксии плода.
Сравнительный анализ содержания глутатионредуктазы в экзосомальной фракции периферической крови рожениц в латентную и активную фазы первого периода родов и в зависимости от гипоксии плода в родах представлен на рис. 1.
Как видно из полученных данных, уровень фермента оставался относительно стабильным в течение первого периода родов как в группе развития гипоксии, так и в контрольной группе. При этом в группе гипоксии уровень GSR был значимо выше и в латентной, и в активной фазе первого периода родов.
Для расчета предсказательной способности определения уровня глутатионредуктазы в экзосомальной фракции периферической крови рожениц в отношении развития острой ГП был проведен ROC-анализ. При определении уровня фермента в латентную фазу первого периода родов площадь под кривой составила 0,930 (95%-ный ДИ = 0,829–1,000; p = 0,003). При пороге отсечки 0,63 единицы чувствительность была на уровне 80,0%, специфичность — 90,0% (рис. 2).
При определении уровня глутатионредуктазы в активную фазу первого периода родов площадь под кривой составила 0,806 (95%-ный ДИ = 0,569–1,000; p = 0,028). При пороге отсечки 0,0011 единицы чувствительность была на уровне 83,3%, специфичность — 77,8% (рис. 3).
До настоящего времени вопрос своевременного выявления признаков нарастающей гипоксии плода остается нерешенным. В данной работе был проведен анализ динамики содержания Hsp70 и глутатионредуктазы в экзосомальной фракции периферической крови рожениц в латентную и активную фазы первого периода родов.
Влияние гипоксии на экспрессию и состав экзосом изучено на различных моделях. Так, W. Zhang и соавторы (2017) показали, что продукция экзосом под действием фактора HIF-1 оказывает протективное действие на клетки почечных канальцев при гипоксии [17]. Согласно данным L.-P. Zhu и соавторов (2018), miR-125b-содержащие экзосомы, продуцируемые мезенхимальными стволовыми клетками, снижают гибель функционально активных клеток при инфаркте миокарда [18]. Кроме того, известно, что экзосомы, продуцируемые мезенхимальными стволовыми клетками жировой ткани в условиях гипоксии, способствуют активации ангиогенеза за счет высокого содержания в них сосудистого фактора роста VEGF.
Роль Hsp70 в составе экзосом преимущественно изучена в контексте онкологических заболеваний и сердечно-сосудистой патологии [19–23], тогда как вклад этого алармина в развитие осложнений беременности и родов не исследован. Согласно полученным нами данным, уровень Hsp70 в плацентарных экзосомах не зависел от развития гипоксии плода и снижался в первом периоде родов. Учитывая важную роль белков этой группы в энергетическом обмене, уменьшение уровня Hsp70 свидетельствует о высокой активности метаболических процессов, регулируемых плацентой в родах. Этот факт представляет основу для дальнейших исследований при таких клинических состояниях, как слабость родовой деятельности.
Глутатионредуктаза играет важную роль в системе антиоксидантной защиты организма. Роль этого фермента в составе экзосом на сегодняшний день изучена недостаточно. В предшествующих работах была показана лишь их косвенная функция в защите от окислительного стресса путем повышения экспрессии GSR и супероксиддисмутазы на крысиной модели инфаркта миокарда. В данном исследовании отмечен высокий уровень глутатионредуктазы в плацентарной экзосомальной фракции плазмы крови в первом периоде родов у женщин, осложнившихся гипоксией плода. Наблюдаемое явление указывает на участие регуляторных сигналов плацентарного происхождения в патогенезе данного осложнения. Известно, что недостаток ферментов, способствующих восстановлению глутатиона, ведет к нарушению функции антиоксидантной системы. В связи с этим высокий уровень глутатионредуктазы может отражать повышенную потребность в разрушении свободных радикалов. Однако на основе имеющихся данных пока невозможно определить, является это причиной или следствием развития гипоксии плода. Тем не менее уровень глутатионредуктазы можно использовать для прогноза ГП.
В работе выявлены особенности содержания белка теплового шока Hsp70 и глутатионредуктазы в экзосомальной фракции плазмы крови рожениц в динамике первого периода родов и развития острой гипоксии плода. Уровень Hsp70 значительно снижается с течением первого периода в основной и контрольной группах и не зависит от наличия ГП в родах. Содержание GSR не меняется в течение первого периода, но значимо выше у женщин с гипоксией плода.
Абрамченко В.В., Шабалов Н.П. Клиническая перинатология. Петрозаводск: ИнтелТек, 2004. 424 с. [Abramchenko V.V., Shabalov N.P. Clinical Perinatology. Petrozavodsk: IntelTek, 2004. 424 p. (In Russ.)].
Баранов А.А., Щеплягина Л.А., Ильин А.Г. и др. Состояние здоровья детей как фактор национальной безопасности. Российский педиатрический журнал. 2005; (2): 4–8. [Baranov A.A., Shcheplyagina L.A., Ilyin A.G. et al. The state of children’s health as a factor of national security. Russian Pediatric Journal. 2005; (2): 4–8. (In Russ.)].
Филатов М.В., Ланда С.Б., Штам Т.А. и др. Анализ экзосом из клеточных культур и биологических жидкостей человека in vivo и in vitro в норме и при патологических процессах. Клинико-лабораторный консилиум. 2011; 3 (39): 44–53. [Filatov M.V., Landa S.B., Shtam T.A. et al. Analysis of exosomes from human cell cultures and biological fluids in vivo and in vitro in norm and pathological processes. Clinico-laboratory consilium. 2011; 3 (39): 44–53. (In Russ.)].
Principe S., Hui A.B.-Y., Bruce J. et al. Tumor-derived exosomes and microvesicles in head and neck cancer: implications for tumor biology and biomarker discovery. Proteomics. 2013; 13 (10–11): 1608–23.
Sarker S., Scholz-Romero K., Perez A. et al. Placenta-derived exosomes continuously increase in maternal circulation over the first trimester of pregnancy. J. Transl. Med. 2014; 12: 204.
Cockell A.P., Learmont J.G., Smárason A.K. et al. Human placental syncytiotrophoblast microvillus membranes impair maternal vascular endothelial function. Br. J. Obstet. Gynaecol. 1997; 104 (2): 235–40.
Sabapatha A., Gercel-Taylor C., Taylor D.D. Specific isolation of placenta-derived exosomes from the circulation of pregnant women and their immunoregulatory consequences. Am. J. Reprod. Immunol. 2006; 56 (5–6): 345–55.
Kshirsagar S.K., Alam S.M., Jasti S. et al. Immunomodulatory molecules are released from the first trimester and term placenta via exosomes. Placenta. 2012; 33 (12): 982–90.
Salomon C., Torres M.J., Kobayashi M. et al. A gestational profile of placental exosomes in maternal plasma and their effects on endothelial cell Migration. PLOS One. 2014; 9: E98667.
De Maio A. Heat shock proteins: facts, thoughts, and dreams. Shock. 1999; 11 (1): 1–12.
Morano K.A. New tricks for an old dog: the evolving world of Hsp70. Ann. N. Y. Acad. Scien. 2007; 1113: 1–14.
Beere H.M., Wolf B.B., Cain K. et al. Heat-shock protein 70 inhibits apoptosis by preventing recruitment of procaspase-9 to the Apaf-1 apoptosome. Nat. Cell. Biol. 2000; 2 (8): 469–75.
Srivastava P. Roles of heat-shock proteins in innate and adaptive immunity. Nat. Rev. Immunol. 2002; 2: 185–194.
Ni J., Liu X., Yin Y. et al. Exosomes derived from TIMP2-modified human umbilical cord mesenchymal stem cells enhance the repair effect in rat model with myocardial infarction possibly by the Akt/Sfrp2 pathway. Oxid. Med. Cell. Longev. 2019; 2019: 1958941.
Приходько А.М., Романов А.Ю., Шуклина Д.А. и др. Показатели кислотно-основного равновесия и газовый состав артериальной и венозной пуповинной крови в норме и при гипоксии плода. Акушерство и гинекология. 2019; 2: 93–7. [Prikhodko A.M., Romanov A.Y., Shuklina D.A. et al. Indicators of acid-base equilibrium and gas composition of arterial and venous umbilical cord blood in norm and in fetal hypoxia. Obstetrics and Gynecology. 2019; 2: 93–7. (In Russ.)].
Приходько А.М., Баев О.Р. Определение кислотно-основного состояния пуповинной крови. Показания и техника. Акушерство и гинекология. 2018; 5:127–31. [Prikhodko A.M., Baev O.R. Determination of the acid-base state of umbilical cord blood. Indications and technique. Obstetrics and gynecology. 2018; 5:127–31. (In Russ.)].
Ostheimer C., Gunther S., Bache M. et al. Dynamics of heat shock protein 70 serum levels as a predictor of clinical response in non-small-cell lung cancer and correlation with the hypoxia-related marker osteopontin. Front. Immunol. 2017; 8: 1305.
Li L., Cao B., Liang X. et al. Microenvironmental oxygen pressure orchestrates an anti- and pro-tumoral γδ T cell equilibrium via tumor-derived exosomes. Oncogene. 2019; 38 (15): 2830–43.
Casieri V., Matteucci M., Pasanisi E.M. et al. Ticagrelor enhances release of anti-hypoxic cardiac progenitor cell-derived exosomes through increasing cell proliferation in vitro. Scien. Rep. 2020; 10 (1): 2494.
Davidson S.M., Riquelme J.A., Takov K. et al. Cardioprotection mediated by exosomes is impaired in the setting of type II diabetes but can be rescued by the use of non-diabetic exosomes in vitro. J. Cell. Mol. Med. 2018; 22 (1): 141–51.
Ramteke A., Ting H., Agarwal C. et al. Exosomes secreted under hypoxia enhance invasiveness and stemness of prostate cancer cells by targeting adherens junction molecules. Mol. Carcinog. 2015; 54 (7): 554–65.
Вклад авторов. А.В. Евграфова: обзор по теме публикации, обзор результатов; М.Ю. Высоких, М.В. Марей: разработка дизайна исследования, анализ результатов, исследование экзосом в периферической крови; О.Р. Баев, А.М. Приходько: разработка дизайна исследования, анализ и обзор результатов; Е.В. Хомякова: обзор по теме публикации, статистический анализ данных; Л.А. Манухова, Н.Н. Шкавро: выделение и исследование экзосом в периферической крови.
Authors contributions. A.V. Evgrafova: review of the publication topic, review of the results; M.Yu. Vysokikh, M.V. Marey: development of the study design, analysis of results, study of exosomes in peripheral blood; O.R. Baev, A.M. Prikhodko: development of the study design, analysis and review of results; E.V. Khomyakova: review of the publication topic, statistical analysis of data; L.A. Manuhova, N.N. Shkapvo: isolation and study of exosomes in peripheral blood.
Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest.
Финансирование. Исследование проведено без спонсорской поддержки.
Financing. The study was performed without external funding.
Статья поступила: 07.02.2022.
Принята к публикации: 07.03.2022.
Article received: 07.02.2022.
Accepted for publication: 07.03.2022.
Евграфова Александра Владимировна, аспирант*. Телефон: +7 (495) 438-30-47. E-mail: a_evgrafova@oparina4.ru.
Высоких Михаил Юрьевич, к.б.н., доцент, заведующий лабораторией митохондриальной медицины*. Заведующий лабораторией молекулярных механизмов старения Научно-исследовательского института физико-химической биологии имени А.Н. Белозерского МГУ им. М.В. Ломоносова. Телефон: +7 (495) 531-44-44. E-mail: m_vysokikh@oparina4.ru.
Марей Мария Владимировна, научный сотрудник лаборатории митохондриальной медицины*. Телефон: +7 (925) 734-05-45. E-mail: m_marey@oparina4.ru.
Манухова Людмила Анатольевна, научный сотрудник*. Телефон: +7 (495) 531-44-44. E-mail: l_manukhova@oparina4.ru.
Шкавро Наталья Николаевна, к.с.-х.н., старший научный сотрудник лаборатории митохондриальной медицины*. Телефон: +7 (495) 531-44-44. E-mail: n_shkavro@oparina4.ru.
Приходько Андрей Михайлович, к.м.н., врач 1-го родильного отделения, ассистент кафедры акушерства и гинекологии, научный сотрудник отдела инновационных технологий Института акушерства*. Телефон: +7 (495) 438-30-47. E-mail: a_prikhodko@oparina4.ru.
Хомякова Екатерина Витальевна, аспирант*. Телефон: +7 (495) 438-30-47. E-mail: e_xomyakova@oparina4.ru.
Баев Олег Радомирович, д.м.н., профессор, руководитель 1-го родильного отделения*. Профессор кафедры акушерства, гинекологии, перинатологии и репродуктологии ФГАОУ ВО «Первый московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова» (Сеченовский университет) Министерства здравоохранения РФ. Телефон: 8 (495) 438-11-88. E-mail: o_baev@oparina4.ru.
ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В.И. Кулакова» Министерства здравоохранения Российской Федерации. Адрес: 117997, г. Москва, ул. Академика Опарина, д. 4.
Evgrafova Aleksandra Vladimirovna, postgraduate student*. Phone: +7 (495) 438-30-47. E-mail: a_evgrafova@oparina4.ru.
Vysokikh Mikhail Yurievich, PhD in Biology, Assistant Professor, Head of Laboratory Mitochondrial Medicine*. Phone: +7 (495) 531-44-44. E-mail: m_vysokikh@oparina4.ru.
Marey Maria Vladimirovna, Scientific Researcher of Laboratory Mitochondrial Medicine*. Phone: +7 (925) 734-05-45. E-mail: m_marey@oparina4.ru.
Manukhova Liudmila Anatoleivna, Scientific Researcher*. Phone: +7 (495) 531-44-44. E-mail: l_manukhova@oparina4.ru.
Shkavro Natalya Nikolaevna, PhD of Agriculture, Senior Scientist of the Laboratory of Mitochondrial Medicine*. Phone: +7 (495) 531-44-44. E-mail: n_shkavro@oparina4.ru.
Prikhodko Andrey Mikhailovich, PhD, Physician of the Maternity Department, Assistant of the Department Obstetrics and Gynecology, Researcher of the Innovative Technologies Department of Obstetrics Institute*. Phone: +7 (495) 438-30-47. E-mail: a_prikhodko@oparina4.ru.
Khomyakova Ekaterina Vitalievna, postgraduate student*. Phone: +7 (495) 438-30-47. E-mail: e_xomyakova@oparina4.ru.
Baev Oleg Radomirovich, MD, PhD, Professor, Head of the 1st Maternity Department*. Professor of the Department of Obstetrics, Gynecology, Perinatology, and Reproducotive, First Moscow State Medical University named after I.M. Sechenov (Sechenov University), Ministry of Health of the Russian Federation. Phone: +7 (495) 438-11-88. E-mail: o_baev@oparina4.ru.
FSBI «National Medical Research Center for Obstetrics, Gynecology and Perinatology named after Academician V.I. Kulakov», Ministry of Health of the Russian Federation. Address: 4, Oparina street, Moscow, Russian Federation, 117997.